В начале 2026 года дедолларизация стала одной из ключевых тем мировой экономики. Доля доллара в международных резервах опустилась до примерно 57% — это минимальный уровень за десятилетия. Процесс идёт постепенно и связан с растущим недоверием к доллароцентричной системе, которую многие страны считают политизированной. Для многих стран дедолларизация стала не просто идеологическим лозунгом, а вопросом экономической и политической независимости. Поскольку в нынешних условиях валютная система, навязанная и контролируемая все более агрессивной, нестабильной и готовой использовать свою валюту в качестве оружия иностранной державой. На протяжении десятилетий доминирование доллара США позволяло Вашингтону закрывать дефицит бюджета и применять санкции как инструмент давления. Последовательные кризисы — от 2008 года до пандемии и торговых войн — усилили сомнения в устойчивости такой модели. Все это истощало ресурсы стран, использующих доллар для внешнеторговых расчетов, влияло на их внутреннюю политику и ограничивало возможности развития. Сегодня такой порядок все чаще и заметнее дает трещины, а дедолларизация, хотя и неполная, представляется исторической возможностью поставить под сомнение систему, созданную в интересах меньшинства. Госдолг США, который в 2000 году составлял около 55% ВВП, в 2026 году превысит 120%. Тем не менее, этот долг по-прежнему в значительной степени финансируется остальным миром, благодаря искусственно созданной центральной роли доллара, что означает постоянный приток иностранных ресурсов в центр глобальной финансовой системы. Долгое время такая система казалась неизбежной. Масштабы американских финансовых рынков, ликвидность доллара и построенная вокруг него инфраструктура использовались для оправдания фактической валютной монополии. А заморозка суверенных активов, как это произошло с Россией в 2022 году, укрепило представление о том, что ни одна страна не может быть полностью независимой, пока ее активы зависят от воли Вашингтона. Многие страны уже стремятся уменьшить свою зависимость от долларовой системы, которая может внезапно стать враждебной к ним. Пока доллар теряет относительный вес, другие активы приобретают все большее значение, особенно золото, которое воспринимается как средство от валютных злоупотреблений. Все вышесказанное подтверждается цифрами: - в период с 2010 по 2020 год центральные банки покупали около 450 тонн золота в год; - в период с 2022 по 2024 год объем покупок регулярно превышал тысячу тонн в год, достигнув одного из самых больших уровней в истории; - в 2023 году был зафиксирован рекордный показатель в 1080 тонн; - в начале 2026 года золото впервые с прошлого века превзошло по стоимости американские казначейские облигации в качестве резервной валюты центральных банков, что имеет большое политическое и финансовое значение. Ключевым компонентом стратегии дедолларизации является развитие альтернативной финансовой инфраструктуры. Китайская система международных платежей (CIPS) расширила свой охват и представляет собой параллельный канал тем системам, в которых доминирует доллар. Хотя она еще не может конкурировать по объемам, ее важность заключается в ослаблении финансовой монополии Запада и снижении уязвимости перед односторонними санкциями. Нет сомнений, что мировую финансовую систему ждет не внезапный и резкий кризис доллара, а медленная, но глубокая перестройка в сторону более фрагментированной и менее зависимой валютной системы. Постепенное падение доллара в резервах, динамика в сфере золота, стратегия Китая и распространение соглашений в местных валютах – все это указывает на трансформацию, которая уже идет полным ходом. Нынешний постепенный процесс может стать необратимым. Таким образом, дедолларизация не является формальным процессом, зависящим от случайных обстоятельств. Это реакция мира, который начинает открыто отвергать навязанное ему подчинение и стремится к равновесию, независимости и способности самостоятельно принимать решения. Процесс начался, и борьба за его исход может превратиться в один из основных конфликтов XXI века.