Опять про цель! В соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей, И. был признан виновным в том, что управляя автомобилем, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, сопряженное с оставлением места его совершения. Отменяя обвинительный приговор по апелляционному представлению государственного обвинителя, 3 АСОЮ указал, что описание деяния в вопросе № 1 не соответствует фабуле обвинения, предъявленного И. по ст. 317 УК РФ, связанного с посягательством на жизнь сотрудника правоохранительного органа в целях воспрепятствования законной деятельности указанного лица по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, и поддержанного государственным обвинителем в ходе судебного производства. Так, указывает суд, в вопросе не указано, что погибший В., находился при исполнении своих должностных обязанностей и пытался пресечь противоправные действия, связанные с нарушением лицом правил дорожного движения, в связи с чем, в целях избежания привлечения к ответственности, неподчинения требованиям сотрудника полиции, на него был направлен автомобиль, совершен наезд, в результате чего В. получил телесные повреждения, от которых наступила смерть. Вместо этого, в вопросе № 1 описаны обстоятельства нарушения лицом правил дорожного движения, повлекших по неосторожности смерть человека. Оставим в стороне «противоправные действия», основное внимание на себя обращает вывод суда о необходимости написать в вопросе про цель. Такое чувство, что нашумевшее решение ВС РФ по делу Антипова (Кассационное определение от 25.01.2024 N 41-УД23-33СП-К4) судом было прямо проигнорировано: «По смыслу закона, если подсудимый не высказывал свои мысли, намерения, то вопрос о том, о чем именно он думал и какими намерениями руководствовался, не может быть поставлен присяжным заседателям. В соответствии с предусмотренными ст. 344 УПК РФ полномочиями присяжные заседатели при вынесении вердикта должны обсуждать не мысли, а конкретные действия подсудимого, и делать вывод об их доказанности или недоказанности». Признавая всю спорность подхода ВС РФ, констатируем, что судебная практика по субъективной стороне преступления остается противоречивой. Особенно, когда приговор отменяется по представлению прокурора. ⚖️ Апелляционное определение Третьего апелляционного суда общей юрисдикции от 08.04.2025 по делу N 55-166/2025 (УИД 05OS0000-01-2023-000199-96)