Как вернуть территории, не начав мировой войны, или Ленин против Польши. Мы остановились на 25 апреля 1920 г. До этого советское правительство обратилось к Польше с предложением мира. И для этого были веские причины, которые указал Ленин: «...мы соглашались заключить мир, считая мирную хозяйственную работу, на которую мы перевели жизнь армии и жизнь десятков тысяч рабочих и крестьян, гораздо выше, чем возможность военными успехами освободить Белоруссию и часть Украины или Восточную Галицию». Но обратились не через дипломатические круги, а открыто — через заявления Совнаркома РСФСР правительству Польши и польскому народу от 28 января 1920 г. и через обращение ВЦИК к польскому народу от 2 февраля 1920 г. И вот здесь есть определенная игра, о которой Ленин предельно честно рассказал в Политическом отчете ЦК (именно из-за этой откровенности весь отчет опубликовали лишь в 1992-м, а до этого — лишь краткий вариант для газет): «...в международном политическом и экономическом отношении многократно подтверждалось и будет подтверждено именно то, что наша новая дипломатия, совершенно необычная, непредвиденная в истории монархических и буржуазных государств, никоим образом не может быть еще принята в остальных странах; что, когда большевики выступают с прямым заявлением, никто решительно ни в одном государстве не способен понять, что мы действительно ведем дипломатию на почве открытых заявлений и приемов особой дипломатии, т. е. большевики говорят: „мы готовы признать линию Пилсудского“, — значит, большевики непомерно слабы, а уступка непомерно велика. Мы поддержали самый бешеный шовинизм польской буржуазии и помещиков, самый бешеный шовинизм во Франции и других империалистических странах, которые все рассуждали, что в обычной дипломатии такой вещи не может быть. Разве это делается так? Это есть слабость. Таким образом, наступление было решено не только поляками, но и Францией, в силу того, что мы совершенно необычно сказали напрямик: ради того, чтобы избежать войны, мы готовы на отступление, а в переговорах, которые вел Мархлевский раньше, будучи формальным представителем Красного Креста Польши, в этих переговорах такая линия, как предварительное условие мира, — громадные уступки. Эта уступка была принята как наша слабость и повела к войне». Ленин как глава государства понимал необходимость освободить Украину, Прикарпатскую Русь, Белоруссию, а еще лучше — и советизировать Польшу. Но он не «диванный эксперт» и не «националист-идиот», который считает народ быдлом, готовым идти куда угодно и когда угодно. Он понимал, что народ устал от войны. Только большевики выполнили свое обещание — мир в Первой мировой, как интервенты развязали Гражданскую войну уже внутри страны. Уставший, голодный, разоренный народ не пойдет добровольно воевать, будь эта война хоть самая революционная или самая освободительная. Но он уже чувствует свою силу, а значит — готов дать по зубам любому захватчику. То есть, делая именно такой ход, Ленин понимал два возможных исхода: 1. Польша принимает мир, и тогда Советская Россия получает передышку, разбивает Петлюру, Врангеля, освобождает Дальний Восток, копит силы и ищет дальнейшие пути освобождения Белоруссии. 2. Польша отказывается от мира и нападает. И тогда это война вынужденная, которую народ, хоть и уставший от войны, готов начать, разгромив агрессора. Но главное — это не дает возможности Западу обвинить Советскую Россию и начать новую полномасштабную интервенцию. Левые и рабочие всего мира вновь встанут на сторону Советской России. И тогда освобождение Белоруссии и Украины — вопрос времени и умения Красной Армии и ее руководителей. Польша выбрала второй вариант. 25 апреля 1920 года подготовленные и вооруженные французами польские войска вторглись на территорию Советской Украины. 8 мая они захватили оставленный красными Киев, где вместе с петлюровцами провели военный парад. Вожди большевиков ударили в набат... Если у Вас не работает ТГ читайте меня в Дзен