Пост мой давний про речевую интонацию и коммуникативную семантику Маленький ребёнок с рождения до момента освоения самостоятельного чтения имеет дело со звучащей речью близких взрослых, ближайшего окружения, затем друзей, воспитателей. Малыш впитывает и познаёт различные смыслы, оттенки ситуаций общения через опыт взаимодействия с близкими взрослыми. Взрослые передают через общение с помощью устной речи, сами того не осознавая, все возможные принятые в родном языке интонационные вариации. Речь их подкреплена мимикой, жестами, позами и другими невербальными знаками общения. Ребенок наблюдает за взрослыми, сопоставляя ситуацию общения и мимику, жесты, интонации, затем только постигает смысл слов. Чем более выразительна и разнообразна речь взрослых вокруг ребенка, тем больше шансов у ребенка узнать максимальное количество вариантов интонационного использования одних и тех же слов и выражений родного языка, и понять, как и в каких ситуациях их уместно применять. Дети, чувствительные к интонации научаются тонко чувствовать, что имеет ввиду взрослый, а к тому же быстро и ловко научаются с такими интонациями общаться, перенося эти способы в новые для себя ситуации и экспериментируя с ними. А еще дети иногда заимствуют у некоторых взрослых их интонации. Бывает, уедет ребенок к бабушке в другой город, край и возвращается с речью, которая интонационно совсем уже непохожа на то, как он интонировал до отъезда. Так, дети, рано переезжающие из одной страны в другую, первым делом теряют интонации родного, первого языка, хотя могут сохранять словарь. Если сделать аудио говорящего ребенка до отъезда и через год после, то будет видна разница. Да, не только в интонациях, но и в способах произнесения звуков, ударениях. У детей с простой темповой задержкой речи часто бывает при скудном запасе слов сохранна интонация. Ребенок использует мимику, жесты, а также междометия и частицы, возгласы, и мы ощущаем, как он ловко объясняется с нами, хотя набор инструментов совсем невелик. Дело в том, что из всех средств языка только интонация может сработать на коммуникативном уровне одна. Если замыслить фразу «пойдем?» и промычать ее, то слушающему будет ясно, что это вопрос, который к тому же содержит запрос на согласие слушающего или отказ. И слушающему захочется как-то отреагировать в ответ, согласившись или отказавшись. Поэтому тут возникает ощущение диалога, хотя диалога с помощью слова по сути нет. Именно по интонации понятен настрой говорящего, его цели, отношение к ситуации и слушающему. Процесс усвоения интонации идет также через восприятие фильмов, сказок, стихов на родном языке в исполнении актёров, которые профессионально владеют звучащей речью. Если вы вспомните какой-нибудь один радио-спектакль в исполнении разных актерских составов, то также вспомните, что каждый из них придаёт авторским словам свой смысл. Через что? Правильно, через интонацию. Для ребенка, который получал разнообразный интонационный опыт от своих взрослых, усвоение на письме знаков препинания, всех этих точек, восклицательных и вопросительных знаков, запятых, многоточий в будущем будет уже просто подведением итога многолетней наслушанности родной речи и способом кодировки интонации. Для ребенка, чье детство прошло в детском доме, эти знаки будут много лет оставаться закорючками, которые по непонятным причинам и законам нужно куда-то расставлять. Поэтому мы всегда «прописываем» родителям с расстройствами речи сюжетные игры. В надежде, что в сюжетной игре и взаимодействии проскользнет как можно больше интонационных вариаций, а они в свою очередь помогут переносить смысл каждого слова во всё большее количество контекстов. Поэтому мы рекомендуем «доигрывать» с приёмными детьми, прожившими ранний и дошкольный возраст в детском доме, хоть до окончания школы, чтобы возместить им тот кусок жизни и речевой опыт, который они не получили.