НЕ ПОД ПАЛЬМАМИ, А С ТЕМПЕРАТУРОЙ Спикер Госдумы Володин, добрый человек, пожалел американцев, погибающих из-за холодной зимы в США. - Пятьдесят один человек погиб, десять человек в Нью-Йорке замерзли, - сказал Володин. — Давайте выскажем слова соболезнования нашим коллегам из Конгресса. А так же близким и родственникам тех, кто погиб во время снегопада. Самый, практически, человечный человек. Дедушка Мазай. Душелюб и людовед, не побоюсь я этого слова. Откликнулся на трагедию, не прошел мимо, пособолезновал и добавил: - Вот когда объявляют санкции Российской Федерации, вводя всевозможные ограничения на поставки нефти, газа, они должны понимать, в Российской Федерации нефть и газ добывается не под пальмами, а при температурах зимой минус 50 и летом плюс 50. Не под пальмами, а при температурах. Не на коне, а в шляпе. Не сидя, а параллелепипед. В общем, при плюс 50 пальмы не растут. Но речь не об этом. - В этих не простых условиях, - продолжил спикер, - мы делаем все для того, чтобы и нефть, и газ поставлялись в другие страны. Для того, чтобы там люди не мерзли. А вот санкции приводят к тому, что люди погибают, замерзают. Поэтому надо головой думать прежде чем такие решения принимать. Так и вижу Володина, который в непростых условиях, то при минус, а то и при плюс 50 делает все, чтобы люди за границей не замерзали. Впрочем, это все стилистические придирки. Суть же в том, что 10 человек в Нью-Йорке замерзло из-за того, что Америка отказалась от русского топлива. В 20 миллионном городе замерзло 10 человек. Это, конечно, ужасно, но помню ездил я несколько раз зимой в город Суоярви. Суоярви это бывший финский город, много лет тому назад освобожденный русскими от белофиннов. В смысле, от финно-бандеровцев. В общем, освобожден от плохих и заселен хорошими. Так с той поры и стоит свободный. И вот я туда ездил описывать их счастливую жизнь. Никакой войны тогда не было, и морозы для Карелии стояли вполне терпимые, только вот во многих домах температура была меньше 10 градусов. Ручка на входной двери покрыта инеем, люди в верхней одежде, в комнате подмерзает трехмесячный ребенок. А в это время где-то в непростых условиях Володин пускал за границу газы. На одном из митингов году, может, в 2012 суоярвский депутат Заваркин рассказал, что люди в его городе спят с бутылками, наполненными горячей водой, чтобы не закоченеть. У одной 80-летней бабушки эта бутылка с кипятком лопнула прямо в постели. Бабушка угодила в больницу с ожогами. А ведь Суоярви санкции против России не вводил. Заваркин тогда в сердцах предложил собрать референдум, чтобы присоединиться обратно к Финляндии. Ну, если родная власть не справляется. В итоге, был судим за сепаратизм, оштрафован и изгнан из депутатов. А сколько еще похожих городов на Руси, и сколько замерзает в них людей? Это Володину не известно. Ведь статистики такой нет. В Америке есть, о их десяти замерзших мир знает, и спикер Госдумы выражает соболезнования чужим людям. А своим не выражает. Потому что не знает о них ничего. И, кажется, не интересуется. Но особенно дико эти спикерская эмпатия выглядят на фоне того, что наша добрая Родина-мать делает сейчас с украинскими городами. Люди, выступающие от лица Родины, ведь даже не скрывают, что доблестно и метко уничтожают подстанции и громят городскую инфраструктуру Украины. Причем, уверяют, что русские и украинцы это один народ. То есть, получается, фигачат по тем, кого считают русскими? Они жалеют 10 замерзших американцев и пытаются уморить холодом даже не братский, а типа свой собственный народ? Не пресловутых нацистов и бандеровцев, не офис ненавистного ими украинского президента, а всех без разбору. Стариков, женщин, детей — тех, кого пришли как бы освобождать со всей скрепностью своей духовности.