тотальное напряжение в контексте эдипа и других мифов проявляется как состояние одновременности в котором я существует сразу в сейчас без до и после удерживаясь ритмом как единственным способом быть тогда как первобытное не является ни прошлым ни бессознательным в строгом смысле а выступает мертвым вне ритма тем что не участвует в сейчас но именно поэтому давит всей своей массой и страх слепоты здесь есть не страх темноты и не страх утраты органа а страх утраты места я то есть выпадения из позиции где я балансирует между желанием и невозможностью желания поскольку потеря глаз означает не исчезновение зрения а отделение взгляда от я ведь взгляд фалличен в том смысле что он утверждает присутствие я здесь я сейчас и именно поэтому может быть кастрирован не через уничтожение глаза а через его отрыв от я так что смотреть можно но быть в сейчас уже нельзя и тогда мертвое вторгается не как воспоминание а как желание другого без субъекта без ритма без времени темпоральность же здесь парадоксальна потому что процесс одновременен но именно эта одновременность позволяет его топологизировать различая не последовательность а давление ритма и мертвого с двух сторон где взгляд в сейчас нагружен удержанием позиции невозможностью отступить запретом на растворение и именно это непрерывное удержание без разрядки без завершения без выхода а не удовольствие в привычном смысле и образует единственную возможную базу наслаждения как стояние я в точке где оно еще не стало мертвым и где мертвое еще не стало я