Револьвер и рукопись: философия бунта от Буэнос-Айреса до Каракаса Он родился 13 февраля 1967 года в Буэнос-Айресе. В те годы мир качало: от джаза и хиппи до войны во Вьетнаме, а Латинская Америка жила в ритме надежд и трагедий, имя которым — Че Гевара и военные хунты. В такой атмосфере и формировался Нестор Коан (Nestor Kohan) — философ, чья жизнь доказывает, что марксизм не умер со смертью СССР, а нашел второе дыхание на землях, где индейская кровь смешана с порохом революций. Сегодня Коан — исследователь Национального совета по науке и технике (CONICET) и профессор Университета Буэнос-Айреса. Автор 58 книг, переведенных на десятки языков, от идиша до арабского. Но главное в нем — это образ жизни. Нестор — не кабинетный ученый, рассуждающий о высоких материях под кондиционером. С юности он был и остается бойцом, активистом. Это значит, что его философия проверяется не в спорах на симпозиумах, а в окопах социальной борьбы, в диалоге с безземельными крестьянами Бразилии и студентами Мексики. За что же любят и ненавидят Коана? В своих работах он создал удивительный мост: соединил сухие экономические выкладки «Капитала» Карла Маркса с живой кровью латиноамериканской истории. Если классический европейский марксизм часто грешил евроцентризмом (мол, только Европа укажет путь), то Коан повернул оптику на 180 градусов. Он предложил читать Маркса не через заснеженные просторы Сибири или немецкие цеха, а через джунгли, где сражался Боливар, и Анды, по которым гулял Че. Его называют создателем «геваристско-боливарианской» традиции. Французский историк Михаил Лёви (Michael Löwy, кстати, тоже маститый ученый) окрестил это «марксизмом ариэлизма» — по имени духа воздуха из пьесы Шекспира, символизирующего свободную, непокорную мысль. Кохан исследует забытых и убитых: социологов, сгинувших в застенках диктатуры 1976 года, тексты Маркса о колонизации Алжира и Индии, которые сам основоположник марксизма никогда не публиковал. Его идеи вызывают споры, достойные пера романиста. В Германии философ Вольфганг Фриц Хауг (Wolfgang Fritz Haug) признал важность его работ, но упрекнул в излишнем «революционном волюнтаризме» — мол, слишком много насилия и страсти для серьезного анализа. В Венесуэле проходили жаркие диспуты между Коаном и испанским профессором Карлосом Фернандесом Лириа (Carlos Fernández Liria): они спорили, стоит ли выбрасывать из Маркса диалектику Гегеля, заменяя ее кантовским разумом? Видео этих баталий до сих пор гуляют по YouTube.