Годовщина! Прошел год с тех пор, как я начала работать в хосписе St.Christopher’s в Лондоне. За это время: - Название моей должности поменялось. Я никогда официально не называлась доулой смерти (Death doula). Мне нравится такое самоназвание в просветительских целях: оно одновременно шокирует, привлекает внимание и снимает стигму с самого слова “смерть”. Но никогда и никому, мне кажется, не хочется так представляться людям, которые тяжело больны. Изначально в моем контракте было написано ‘End-of-life doula’ — то есть ‘доула конца жизни’. Но постепенно я поняла, что и так я не представляюсь, а просто избегаю в разговоре названия своей роли. Дело в том, что людям обычно кажется, что все, кто получают хосписную помощь, — ‘умирающие’, то есть как раз по определению находятся в конце жизни, очевидно. Но сами люди, получающие хосписную помощь, обычно хорошо понимают разницу между паллиативным статусом и концом жизни/умиранием. End-of-life — это последние недели/дни, но никак не годы и не месяцы. То есть мне приходилось объяснять напуганным пациентам, что хоть я и называюсь End-of-life doula, но у нас в хосписе я для всех, кто получает нашу помощь, а не только для умирающих. Так себе начало знакомства. В итоге обычно я просто говорила, что я Саша, что я НЕ медик, а я тут для того-то и того-то. В общем через полгода такой практики я попросила переименовать меня в Hospice doula (Хосписную доулу). Мне очень нравится такое название. Да, люди не знают слова доула, но это совершенно нестрашно, я объясню. Зато это отражает реальное положение вещей — я командный игрок, я представитель нашего хосписа, и мы работаем все вместе, чтобы позаботиться о пациентах всеми возможными способами, а моя роль вот такая. В общем я очень довольна. - За эти 12 месяцев у меня было чуть больше 100 пациентов. 35 из них продолжают получать хосписную помощь, 10 человек были сняты с хосписного учета за ненадобностью :), остальные умерли. - У меня было около 350 визитов. Это не значит, что обычно я прихожу к одному человеку 3.5 раза. У многих я была всего один раз, у многих я была много-много раз. - Я была в восторге от людей, которые работают в хосписе до того, как я пришла сюда работать. Я остаюсь в таком же восхищении и сейчас. Мне казалось, что чтобы работать медиком, тем более в такой “депрессивной” сфере, нужно нарастить толстую кожу и определенный уровень цинизма, иначе просто выгоришь. Но, оказывается, есть и противоположный путь. Я не вижу никакого цинизма и отстраненности. Люди выбирают именно это специальность, потому что она самая гуманная, и интересы пациента выше эффективности. Мы занимаемся человеком, а не болезнью. Все, включая медиков. Они чудесные. - У меня фантастическое начальство. Гибкое, остроумное, вовлеченное и профессиональное. Те, кто меня знают много лет, понимают, какая высокая планка у меня была :) Вот уж я не думала, что когда-нибудь какое-то начальство меня устроит, но я всем довольна. - Ну и напоследок! Судя по всему, команда и начальство тоже считают, что мы друг другу подходим. Потому что совершенно неожиданно, за 4 месяца до окончания моего временного контракта, мне предложили перейти с временного контракта на постоянную ставку! Я, конечно, и мечтать об этом не могла. Ну то есть, вру, конечно, я об этом мечтала. И надеялась, что найдутся деньги на еще один год временного контракта, а потом, чем черт ни шутит, мало ли… Но, что вот прямо сейчас, при том, что такой ставки не было и бюджета на нее не было, мне предложат постоянное место — вот про это я всё-таки не мечтала. И именно сегодня, по совпадению, я подписала свой постоянный контракт. Так что меня можно поздравить! @endoflife_doula