ПОГУБИТЕЛЬНИЦА | ГЛАВА 7 Дамиан Я замечаю, как уголки её пухлых губ приподнимаются в улыбке, но она тут же прячет её, прикусывая нижнюю губу. Хочет показаться невинной, хотя я знаю, чего она действительно жаждет. Она готова, а я сгораю от нетерпения наполнить её ещё с того момента, как впервые увидел её на пороге своего кабинета. Скинув каблуки, она пятится к спальне и с глухим звуком врезается в стену рядом с дверью. Я надвигаюсь на неё, словно хищник, пока её взгляд жертвы направлен на меня, вызывая у меня первобытные желания. Я упираюсь руками в стену по обе стороны от неё и склоняю голову, обдавая тёплым дыханием её красивое личико. Её ресницы трепещут, губы размыкаются, готовые к сладким мукам. Я дразняще касаюсь её носа своим. Наши губы так близко, но недостаточно, чтобы слиться. Я слышу её учащённое сердцебиение. Вижу, как её тело умоляет меня прикоснуться. — Чувствуешь, какой я твёрдый? Микаэла кивает вместо того, чтобы ответить «да», поскольку знает, что её голос выдаст её сильное желание. — Ты делаешь меня таким, стоит мне увидеть тебя. Она отзывается тихим всхлипом и дрожью на мой низкий шёпот. Я продолжаю дразнить не только её, но и себя. Я скольжу носом и губами по её нежной коже. Моя щетина царапает её, но она не протестует. Моя рука плавно движется вдоль её изгибов и проникает под юбку. Пальцы касаются горячего центра через влажное бельё, и я шумно втягиваю воздух, сдерживая нечеловеческий рык. — Если бы я знал, что твоя сладкая киска настолько мокрая, то, не задумываясь, бы трахнул тебя в кабинете на столе прямо на важных документах. — Дамиан... Я грубо затыкаю её, жёстко врезаясь ртом в её, отчего её голова ударяется о стену. Я кладу ладонь на её затылок и жадно обгладываю её пухлые губы, от которых невозможно оторваться. Я задеваю их зубами, намеренно и случайно, вызывая у Микаэлы стоны удовольствия и изумлённые вздохи. Подушечками пальцев массирую её чувствительный узелок медленно, чтобы она не кончила, но возбудилась до предела. Когда она отворачивается от моих губ, чтобы перевести дыхание и насытить лёгкие кислородом, которого я лишил её интенсивным поцелуем, я с лёгкой усмешкой прикасаюсь губами к её виску. Её грудь тяжело и прерывисто вздымается и опадает. — У тебя пять секунд, чтобы раздеться, иначе твоя одежда разлетится по всей квартире. Я делаю шаг назад, и Микаэла шустро проскальзывает в комнату, расстёгивая замок на юбке. Она избавляется от одежды быстрее, чем я успеваю расправиться с пуговицами на своей рубашке. Мой взгляд скользит по её фигуре, останавливаясь на белом кружеве. — Ты знала, что я рано или поздно трахну тебя, да? — с ухмылкой провожу ладонью по её щеке. Наши тела тесно соприкасаются. Её холодная кожа идеально контрастирует с моей горячей. Я ощущаю её твёрдые соски, прижавшиеся к моему телу. Она кладёт руку поверх моей и смотрит прямо мне в глаза своими желанными и невинными. Такой ответ вполне устраивает меня. Я со шлепком опускаю ладонь на её ягодицы. Она вздрагивает и прижимается ко мне. Холодный металл моего ремня впечатывается в её кожу, в то время как мой член нетерпеливо упирается в её живот. — Я ненавижу, когда ты извиняешься за то, в чем не виновата, — шлепок. — Ненавижу, когда ты сомневаешься в своей ценности и достоинстве, — шлепок. — Ненавижу, когда ты переживаешь, хватит ли тебе денег на что-то. Вновь звонкий шлепок обрушивается на ягодицы Микаэлы, окрашивая их в насыщенный красный цвет. По её щекам текут слёзы. Ненавижу её слёзы, независимо от причины — будь то радость или боль. Каждый раз, когда я вижу её плачущей, внутри меня возникает странное и неприятное чувство, словно чья-то невидимая рука подбирается к моему сердцу, готовое его вырвать и растоптать. Не отрываясь от губ Микаэлы, я вынуждаю её пятиться назад, пока она не оказывается на матрасе. Я с раздражением срываю с неё бельё, которое скрывает от меня её части тела, которые теперь принадлежат мне, и плевать, что это неправильно. — Ты поняла меня? — резко расстёгиваю рем