Что за «израильский почерк»? В прошлом посте про Шарон Эяль я уже писал, что в ее хореографии хорошо считывается «израильский почерк». И чем больше на это смотришь, тем яснее: он возник не случайно. Израиль дал современному танцу не просто место где-то на задворках, а дал право стать полноправным участником танцевального сообщества. Поэтому там и появился узнаваемый пласт хореографов, за которыми чувствуется не только личный талант, но и сформировавшийся собственный культурный код. На этом фоне особенно интересно смотреть на Россию. У нас тоже были импульсы к современному танцу, и влияние Дункан здесь точно не прошло бесследно. Но склонность к консерватизму и настороженность ко всему чужеземному дали свои плоды. Современный танец, кажется, остается придатком к более классическим видам. И вопрос здесь уже не в том, у кого богаче история, а в том, какая культура в какой-то момент решается дать новому языку право стать на одну ступень со старым?