Итак, я поздравляю тех пятерых человек, которые выбрали пятый пункт в списке. Думал, что будет гораздо больше, но видимо, где-то я не дорабатываю со своим очернительством и подрывом духовных основ русского народа. Возьму на себя повышенные капиталистические обязательства перед мировым буржуинством повысить этот процент. Обидно, конечно, что за это не дадут бочку варенья и коробку печенья, но я всё равно на диете. Правительство Ленинграда начало готовиться к следующему отопительному сезону едва только закончились майские холода 1942 года. Уже 12 июня после долгих совещаний было принято постановление Ленгорисполкома "О порядке организации работ по слому деревянных домов и сооружений для создания зимнего запаса топлива". Всё лето шли совещания и согласования, и 17 августа было принято совместное постановление Ленгорисполкома и горкома партии о мобилизации населения на месячник по заготовке дров с 1 сентября по 1 октября. Справки о том, как он проходил, можно легко найти в интернете как на сайте СПб архивов, так и на Киберленинке - в частности, есть подробная статья Ольги Александровны Гавриловой, весьма добросовестного историка, давно занимающегося темой блокады. Дабы не утруждать читателя, сразу скажу, что во этих источниках сообщаются подробности, упомянутые в официальных отчётных документах: мобилизация женщин и мужчин, переселение жильцов, слом домов, разные недочёты с механизацией и инструментами. В общем, было трудно, но мы превозмогали, business as usual. Как я многократно упоминал, и сейчас ещё более укрепился в своём мнении, чтение официальных рапортов советских (и не только) властей показывает только бледный контур реальной картины. Формально по цифрам они могут быть верны, однако при добавлении критически важного контекста политдонесений вместо бравурных реляций они могут сообщить читателю несколько иную информацию. В конце своей статьи, Ольга Александровна бросает загадочную фразу: "Ход месячника заготовки дров, его результаты, воспоминания участников данного мероприятия заслуживают отдельного рассмотрения". Что ж, прошло 3 года публикации, но до рассмотрения так дело и не дошло. Понимая людей, работающих в госучреждениях, и знающих, что можно писать и что нельзя, я возьму этот труд на себя. После целого лета подготовки, совещаний и постановлений, в сентябре по доброй отечественной традиции начался полный ад и хаос. Людям из определённых под снос домов давали ордера на переселение в другие подлежащие сносу дома. Имущество военнослужащих разворовывалось или уничтожалось. Бригады приступали ломать дома тогда, когда на первом этаже ещё не были выселены жильцы. Людям ультимативно приказывали быстро убираться и приступали к сносу, а их вещи гнили под дождём. Жильцы изо всех сил упирались и не хотели никуда съезжать... Но это только полбеды. В городе, где всё лето активно строили оборонительные сооружения и оставалось достаточно людей, разбирающихся в строительстве, происходило вот что: "Необходимо обратить внимание ещё и на тот факт, что при ломке домов очень часто не соблюдаются соответствующие правила технической безопасности, что влечет за собой большое количество несчастных случаев. В Володарском районе с 1-го по 25-го сентября во время работы по сносу домов, получили по ранения и повреждения 69 человек (в том числе 39 лёгких ранений, 25 средних и 3 тяжёлых). 2 человека от полученных ранений и повреждений умерли. При разборе дома № 85 по Шлиссельбургскому просп., работница Солдаткина получила перелом плеча и сотрясение мозга. Через несколько дней она скончалась. Работнику центрального телеграфа Блюминой во время работы по сносу одного из домов на Александровской ферме, размозжило ноги. В тот же день она умерла." Это только один район из нескольких, и только с 1 по 25 сентября. С 1 октября работы были продлены ещё на 20 дней. Для сравнения, за тот же период от немецких бомб и снарядов погибли 3 человека и 10 было ранено. Что касается остального, то наводнений не было, от крыс ущерб был только косвенный, химо