Ещё раз про страх и доброту Простая жизненная ситуация: компания потихоньку уходит в убытки, делаешь ставку на новый продукт, вкладываешь в него последние деньги, которые дают в кредит, сидишь тихонько и молишься, чтобы всё получилось и ты не остался один на один с прогоревшим бизнесом и кучей долгов. И тут к тебе приходит сотрудник, который отвечает за запуск этого продукта, и говорит тебе человеческим голосом: «Мне страшно! Я боюсь, что ничего не получится! Я не готов к таким испытаниям! Я ещё даже не выбрал, кем буду, когда вырасту!» Первая реакция — СУКА, это тебе-то страшно? В худшем случае мне ещё придётся увольнять тебя, выплачивая пару окладов, ты не рискуешь вообще ничем, и это тебе страшно? Я всё поставил на твой успех, и теперь мне ещё надо тебя успокаивать? Я нашёл в себе силы поверить в тебя, и это то, что я получил? Но страх не взвешивает риски, не сравнивает ситуации, не подсчитывает потенциальные убытки. Страх просто есть, и он просто превращает человека в пятилетнего ребёнка, которому нужна поддержка. Это ключевой момент, когда ты висишь на скале, а человек держится за тебя, и если ты сорвёшься, пострадаете вы оба. Раньше в такие моменты я бесился, что вокруг разворачивается какой-то детский сад. Сейчас я принимаю, что иногда мы действительно превращаемся в детский сад, и я могу быть или самым скандальным ребёнком, и тогда мы обречены. Или принять на себя роль воспитателя. Воспитатель не срывается на детей. Он надёжен. Он говорит тихо и спокойно. Он мягок. Он ждёт, пока у детей прекратится паника, они успокоятся и выдохнут. Он знает, что это просто вопрос времени. Воспитателю помогают ритуалы и расписание, потому что привычное событие в привычное время успокаивает. Но никакие ритуалы не помогут, если в воспитателе нет любви и доброты. Да, я всё поставил на этого человека, и сейчас он в панике, он в состоянии пятилетнего ребёнка. Сейчас он кричит на меня, обвиняет меня, бросается в меня игрушками. Это не личное, это говорит его страх. Я буду сильным и надёжным, чтобы он мог опереться на меня, успокоиться, а потом пойти и победить.