УЧИМСЯ ЗАДАВАТЬ ПРОВОКАЦИОННЫЕ ВОПРОСЫ В девяностые годы прошлого века, когда журналистика, внезапно сбросив оковы цензуры, стала настолько «зубастой», насколько ей самой этого хотелось, каждый корреспондент старался овладеть навыком задавания вопросов. Не стандартных «каковы ваши творческие планы?», а тех, что выводили (а точнее, выбивали) героя интервью из зоны комфорта. И заставляли его думать — здесь и сейчас. Многие интервьюируемые, кстати, были благодарны за такой подход: они признавались, что трудные вопросы помогают им держаться в тонусе и давать настолько отточенные и глубокие ответы, насколько это возможно. В результате интервью получались яркими и «смотрибельными», а их герои приобретали репутацию экспертов и сильных личностей. Но далеко не все журналисты умели готовить такие вопросы. Именно готовить: на составление грамотного вопроса-провокации порой приходится тратить не один день. Формула его такова: в первой фразе вы приводите первый факт из жизни человека (или цитату из его речей и выступлений). Во второй фразе — другой факт из жизни человека (или, опять же, цитату). Но первый и второй факты (или фразы) противоречат друг другу. И после этого вы задаете собственно вопрос: «Как вы можете это прокомментировать?» Такая конструкция не оставляет собеседнику шанса уйти от ответа, она невольно заставляет оправдываться, пояснять. Я учила этому журналистов, но любому человеку надо уметь выступать максимально коротко и зубасто, то есть уметь задавать вопросы, от которых нельзя отвертеться. #Из_книги «Встань и скажи»