Бледный холодный огонь, или антипроповедь в полночь года Секрет Полишинеля, истина, которую сообщают уже на первом курсе любого гуманитарного факультета, но все продолжают делать вид, будто это не так: слова - это всего лишь разноцветные стеклышки и блестящие камушки. Из них можно собрать совершенно любую мозаику, хочешь, там будет “вечность”, а хочешь - “фиаско” (это я зацензурил другой термин, вы поняли). Однако чтобы собирать мозаику нужна твердая рука, дрожащими пальцами результата не добиться. Вот я уже давно пытаюсь собрать “мудрость”, а получается “трусость”. Пытаюсь пересобрать, выходит “отчаяние”. Пробую еще раз, а там - “да гори оно всё огнём!” С течением времени мое ощущение от мира все больше дрейфует куда-то в сторону гностицизма, причем в самом истерическом его изводе. Правда, так часто мне хочется выйти уже из под власти всех этих светил, планет и архонтов. Как следствие - этой осенью и зимой у меня случился самый тяжелый и долгий депрессивный эпизод за почти всю мою жизнь, если не считать юношеских несчастных любовей и иже с ними. Хороший гностик - мёртвый гностик, в этом мире материи отягощенной злом иного варианта не предлагается. Сложно вообразить себе что-то менее викканское! Тот “путь мудрости”, которым, как предполагается, мы все должны идти, убедительно учит нас, что с этой карусели сходить нельзя, некуда сходить. Нужно расслабиться и получать удовольствие. А если тебя тошнит - то это только потому, что у тебя желудок еще недостаточно тренирован, еще сотня-другая кругов, и станет легче! И вот, когда правящее светило в надире, и мне велит быть с ним там, на дне, я отчаянно пытаюсь сложить из битого стекла, сухих цветочных лепестков и прочего мусора слово “мудрость”, но голова кружится, перед глазами пляшут мутные пятна, к горлу подступает рвота, и моя мозаика снова и снова рассыпается. Что делать в такой ситуации мистику, или вообще - верующему человеку? Конечно же, молиться. Молиться, вопиять в пустыне, вопрошать и жаждать ответа: неужели действительно выхода нет? Неужели время сомкнуто петлей на твоей шее, и эту верёвку не порвать? И разумеется, в это время года, ответ придет снизу. Не из-под земли даже, а откуда-то из-под днища корабля, из-за границ яви и памяти. С тобой начнёт разговаривать Мёртвая Звезда. Её зовут Коатликуэ, “та, кто в платье из змей”, когда-то, даже боги не вспомнят когда, она была светилом, подобным тем, кому мы поклоняемся сейчас, и пылала ярче многих из них, но потом умерла, и весь мир сейчас - всего лишь ее труп, все сделано и слеплено из ее пепла. Земля, вода, небо и облака, травы и твари, любящие и влюбленные - все это собрано из пепла погасшей звезды. И я тоже, я радостный, я в отчаянии, я страстный, я пресыщенный, каждый миг моей жизни - это только ее пепел. И что бы ни случилось, так оно и останется, этот пепел по-настоящему вечен и нетленен. Эта материя не отягощена злом как примесью, она прошла сквозь зло, и пресуществилась им, но не приняла в себя, и это происходит снова и снова. Так будет и со мной: меня сожрут, переварят и испражнят - но священный прах не изменит своей сущности, и соберется в новую форму. Форма не так уж важна. Какая разница между двумя горстями пепла? Всё лишь субстанция, ипостась, “под-стоящее” этой мёртвой и вечной Богини. Есть ли выход? Нет, выхода нет, потому что ты уже на месте. Нужно ли умирать? Не обязательно, она ведь уже умерла. Что будет дальше? Дальше будет всё. Вот так у меня и не получилось стать хорошим гностиком. Когда Солнце ушло в надир, в зените я всё равно увидел свет - призрак Мёртвой Звезды, бледный холодный огонь. Да гори оно всё. И оно горело. - декабрь 2025