первые дни европейца в Америке широко известно, что жизнь Беньямина прервалась в результате нелепой трагической случайности: на фоне обеспокоенности запретом на пересечение испанской границы для последующей эмиграции в Штаты Вальтер принял дозу морфина, не совместимую с жизнью. по иронии судьбы, уже на следующий день группа беженцев из оккупированной нацистами Франции смогла отбыть в Лиссабон, откуда отправилась в Нью-Йорк. но именно в Америке творчество Беньямина заиграло теми красками, какими не играло никогда при жизни. Illuminations, собранный Арендт англоязычный сборник текстов Беньямина, и следующий за ним Reflections, эти с любовью скомпанованные и переведенные тома, утвердили Вальтера в качестве одного из ключевых мыслителей левой американской молодежи эпохи. первый том, кстати, вышел в знаменательном 1968–ом, тогда как второй — уже после смерти самой Арендт, в 1978–ом. (что в целом отражено и на уровне названий.) единственный роман Кафки, в котором герой обретает полное имя, — это, собственно, Америка. обезличенность и абсурдная покорность персонажей двух прочих романов, выраженная безымянным инициалом К., сменяется здесь наивной открытостью Карла Росмана миру: Если в предыдущих своих романах автор не именовал себя иначе, как еле выдавленным инициалом, то здесь, на новом континенте, под полным именем, он переживает второе рождение. — Вальтер Беньямин, Кафка синонимично Росману, этому наивному простаку (а мы знаем, что Вальтер был совсем никудышный в реальной жизни), Беньямин обретает имя в Новом Свете. обретает только тогда, когда Главный выигравший уже мертв, а потому речи о продаже нет. — Ханна Арендт, Вальтер Беньямин (1892–1940) последний европеец™, впрочем не мог доехать до Америки. ведь Беньямин не знал, что Америка — это не третий роман Кафки, а первый; кафкианский герой утрачивал имя постепенно. Америка 29 марта