Гипотеза, согласно которой, Джувейни, говоря о Кыпчакской степи, в которую направился Джучи в начале 20-х годов, имел ввиду все его владения и в том числе Прибалхашье и нижнее течение Иртыша, упирается в очевидное противоречие. Дело в том, что ни разу в своем труде этот автор не называет улус Джучи или его территорию подобным образом. Конечно, самих кыпчаков, как и другие народы, покорённые Джучидами, он упоминает, но… Говоря о географических привязках в процессе передвижения Джувейни использует обозначение «Саксин и Булгар»: 1246 год: «Из земель Саксина и Булгара Бату, который не явился лично, прислал своего старшего брата Хорду и младших братьев»; 1248 год: «Бату выступил из своей орды в стране булгар и саксинов, чтобы проследовать ко двору Гуюк-хана». Так с чего вдруг Джувейни, стал бы называть прекрасно ему известный регион южного Прибалхашья и Каялыка (и Алмалык и Каялык в его труде упоминаются несколько раз) «Кыпчакской степью», если он так ни разу не называл ни саму эту территорию, ни владения Джучи и его потомков?