Русская непрерывность Наталкиваясь на мнение о том, что системные благотворительные мероприятия в целом - лишь прикрытие чего бы то ни было, нужно иметь в виду следующее. Служащие добру без корысти люди большинству наблюдателей представляются либо подвижниками либо мошенниками. И если альтруист не в довоенных туфлях, то "всё понятно". Здесь можно расслышать очевидный запрос, тоску общества по святым людям. Деятельность благотворительных фондов, занимающихся реабилитацией несовершеннолетних, построена на репутации. Отклики матерей самые пронзительные, а государственный взгляд самый внимательный. К тому же, каждый сотрудник дорожит добрым именем своего фонда, поскольку это и его репутация как человека тоже. И также верно в обратную сторону: чтобы не уронить репутацию фонда, коллегам приходится всегда "поступать правильно", делать любое дело на совесть. Глядя на сотрудников Центра, например, можно подумать, что это о них в Библии упоминал Экклезиаст: "Познал я, что нет для них ничего лучшего, как веселиться и делать доброе в жизни своей" (3,12).  Небольшие сообщества, своеобразные little platoons, сосредоточенные на "причинении добра", существуют, помимо прочего, потому, что нужны значительной части соотечественников, которые эти начинания поддерживают и помогают, чем способны. Такое же явление сердобольности национального характера, как и в русской литературе, только в социальных отношениях. История русской благотворительной помощи детям непрерывна и вполне достойно продолжается сегодня благодаря каждому неравнодушному человеку.