Все пути вели к замедлению индустриализации. Наконец-то в партии стало очевидно, что НЭП и форсированный рывок несовместимы. Справка: без этого рывка страна оказалась бы в "ловушке бедности", характерной для развивающихся стран: требуется рост, но ресурсов для него постоянно не хватает. А нет ресурсов — нет инвестиций в рост —> рост отсутствует. Внимательный читатель мог бы задуматься: Что же у этих большевиков никак не получалось по рыночным правилам играть? Даже капиталисты бы рынок лучше наполнили товарами. И он будет... Прав? Позвольте мне объясниться: Что происходит в чистой капиталистической экономике при возникновении перекоса/кризиса? Начинается перераспределение капитала в пользу отстающих отраслей. То есть при первом же возникновении феномена "ножниц цен" (из прошлой статьи) рынок по максимуму бы вложился в лёгкую промышленность для обеспечения крестьян промтоварами. Тяжёлая промышленность, как нерентабельная, бы осталась в подвешенном состоянии. Это неминуемо грозило бы зависимостью России от мировой торговли и дальнейшей катастрофой в грядущей войне. Большевики, повторюсь, не слепо гнались за рынком. Руководствуясь общенародными (а не капиталистическими) интересами, партия бросила все усилия в тяжёлую промышленность, которая не приносит выгоды здесь и сейчас, но обязательно окупится быстрейшим ростом производства в будущем. Это, кстати, называется планирование экономики. И "частника" большевики "честно" конкуренцией выдавить не смогли, потому что честной борьбы и не было. Государство, провозгласив лозунг «Учиться торговать!», тут же поставило перед промышленностью иную, некоммерческую задачу: любой ценой наращивать капиталовложения в тяжелую индустрию (в 1927-м на неё шло более 71% инвестиций). Итоги, и почему именно "необходим рывок": К концу 1927 года партия осознала тупик. НЭП, как система компромисса с крестьянством и ростом промышленности, не могла решить задачу исторического выживания, которая стояла перед СССР: в условиях внешней изоляции, в ожидании новой войны, превратить аграрную страну в индустриальную державу за 10 лет. И здесь из тени появляются прагматики со Сталиным во главе, которые предложили свой план действий. План этот был чудовищно эффективен (во всех смыслах) с точки зрения поставленной цели: 1. Взять под контроль рыночные механизмы, то есть полностью перейти к мобилизационной, командно-административной системе, где все ресурсы распределяются директивно. (Чтобы, наконец-то, беспрепятственно направить средства в тяжёлую промышленность). 2. Ликвидировать независимого рыночного агента – крестьянина-единоличника – через коллективизацию. Это давало тотальный контроль над зерном без торга о ценах. Было ли это бесчеловечным по отношению к миллионам крестьян? Скорее всего. Позволила ли эта стратегия победить фашизм и сделать из СССР передовую сверхдержаву в кратчайшие сроки? Безусловно. В условиях осаждённой крепости, в рамках логики выживания любой ценой, это был горький, прагматичный и жестоко логичный шаг. НЭП был принесён в жертву индустриализации как высшей цели. Он проиграл потому что был полумерой в эпоху, требовавшей жёстких решений. Принцип историзма ни в коем случае забывать нельзя. Источник тот же, что и в первой статье.