Был еще проект, в котором актер проигрывал одну и ту же сценку бесчисленное количество раз, в то время как на зрительских местах были наушники с 30-ю разными вариантами озвучки, и можно было оставаться и меняться местами, чтобы услышать другую версию (Au coin de ma rue - la cie des bonimenteurs) ; музыкально-хореографические радостные или агонизирующие исследования пространства (95% mortel - la compagnie du coin и Le Sacre - Ville en feu) и безумно красивые преображения обычных простыней и людей, через ритм тела (исключительно тут мужского) и визуальную память (G. Bistaki - Tarcanville); сольный спектакль по большому роману про гибель брата, своровавшего банку пива в магазине - и которого охранники забили до смерти (реальный случай французских нулевых) - где ожидаемая сценография из множества жестяных банок была идеальным звуковым решением и именно на уличном пространстве смотревшаяся аутентично, а не выхолощенно-красиво (Ce que j'appelle oubli - cie Garniouse inc.), поэтический спектакль про город, работу, одиночество, и попытку из него - и из капитализма заодно - выйти и не сойти с ума (Animal Travail, cie Jeanne Simone); и спектакль про арабскую идентичность, где принятие этнической идентичности и ее другости в обществе приводит героиню к тому, чтобы принять в себе и то, что есть что-то кроме этого, например, ее любовь к танцу (Mektoub, cie Nour). Во время последнего, кстати, какие-то зрители, настоящие, блин, французы, стали возмущаться, когда актриса заговорила о деле Наэля, что, мол, надо быть благодарными Франции и все такое - но публика их быстро нейтрализовала и они ушли. Так что когда кажется, что ну уж эти вопросы во Франции уже неактуальны и эти спектакли уже и не политические - то так только кажется. Поехала в Авиньон, может, еще чего вам напишу)