#ситуация_первым_сбежал_Антон > десятая часть au, в которой преподаватель слишком придирается к своим студентам. Или к одному конкретному? Антон замер в дверях, глаза его метались между Поповым и заведующим кафедрой, который внезапно оживившись, тяжело поднял голову: – О... Новый свидетель! Скажи-ка, мальчик... – он сделал паузу, формируя хаотичные звуки в слова и составляя их в предложения, – ты... как думаешь... голубые глаза – это от скандинавов? Антон замер, словно кролик перед удавом. Глаза его метнулись к Попову, ища спасения, но тот лишь безнадёжно провёл ладонью по лицу, стирая невидимый грим усталости. Вот он – личный ад Арсения. Не раскалённая сковорода, не ледяная пустошь, а этот душный кабинет, пьяный начальник с антропологическим бредом и студент, который, кажется, принёс с собой новый виток кошмара. Хуже и быть не может. – Потому что наш Арсений Сергеевич определённо предпочитает их, нежли скандинавочек, – неожиданно выдал Шеминов, подмигнув Антону так многозначительно, что тот инстинктивно отпрянул к стене. Попов резко поднял голову. В его глазах вспыхнуло что-то опасное. А нет, он ошибся, оказывается хуже быть может. – Я... я просто... – Шастун съёжился, как школьник, застуканный с сигаретой, пятясь к выходу спиной. – Ты просто идёшь домой, – перебил Арсений, вскакивая так резко, что стул грохнулся с таким шумом, будто в кабинете разорвалась граната. – А я, видимо, остаюсь разбираться с альтернативной историей моего происхождения. Одним движением он выпроводил Антона в коридор, захлопнув дверь перед самым носом ошарашенного студента. Не успел он перевести дух, как за спиной донёсся пьяный окрик: – Эй, мальчик! А у тебя-то какие глаза? Попов, прислонившись лбом к прохладной поверхности двери, прошептал куда-то в пространство: – Пока ещё зелёные...