Читая одну статью, увидел фрагмент, описывающий предмет статьи в дореволюционном праве, и в очередной раз задумался - а нужно ли это для исследований по корпоративному праву. Юридические исследования, если они не посвящены собственно истории, обычно включают исторический экскурс для того, чтобы показать обстоятельства возникновения того или иного правового института и его развитие вплоть до нынешнего состояния. Упрощенно говоря, это помогает лучше понять, почему регулирование в отечественном правопорядке такое, какое оно есть, и что на это повлияло. Однако в части корпоративного права, в первую очередь в части коммерческих ЮЛ, дореволюционное право не имеет прямого отношения к современному российскому праву из-за прерванной правовой традиции. Во-первых, это касается позитивного права (законодательства и судебной практики). Те, кто применял и даже писал корпоративное законодательство в 90-е, не только дореволюционное право не знали, но и нередко и право в целом, будучи не юристами. Это я вспоминаю рассказ Е.А. Суханова про процесс разработки положения совета министров об акционерных обществах 1990 г. и закона об АО, а также если учесть, что, например, изначально в ФКЦБ работали в основном не юристы. Из собственных воспоминаний про работу ФСФР могу сказать, что в конце нулевых годов, когда я пришёл работать в региональное отделение, в отделах надзора и эмиссии не было ни одного юриста даже по образованию. Во-вторых, этот разрыв в традиции касается доктрины. Право товариществ (компаний) не преподавалось в университетах больше полувека, к моменту воссоздания рыночной экономики не осталось ученых в университетах, которым была передана догма дореволюционного корпоративного права и традиция ее понимания, и которые бы видели своими глазами, как живет и применяется право в этой сфере. По этой причине дореволюционное право представляет собой исторической памятник другому правопорядку, который умер, не передав наследие. Современное же корпоративное право России являет собой пример создания регулирования путем копирования иностранного права, разумеется, с искажениями и особенностями, свойственными любому заимствованию правовых институтов. Когда автор описывает дореволюционное корпоративное право - это выглядит как описание другого правопорядка по состоянию на конец XIX-начало XX в., при этом правопорядка вторичного (по отношению к французскому и немецкому праву) и не самого развитого в части корпоративного права. Иными словами, рациональность его изучения не очевидна. Мне, кстати, понятна причина, по которой этот опыт продолжают описывать. Во-первых, лёгкость доступа (все оцифровано, на русском языке), при этом в 90ые и нулевые, когда знания иностранных языков и доступ к зарубежной литературе были редкостью, это было симулякром сравнительно-правового раздела. Нельзя исключать и фактор когнитивного искажения в восприятии (это на русском языке писали люди, часто жившие буквально на территории современной России, поэтому сложно отделить нас от них). Во-вторых, это копирует общий подход к изучения институтов в других сферах частного права. Оговорюсь еще раз, что мои сомнения относятся именно к сфере корпоративного права, поскольку в классических вопросах обязательственного и вещного права традиция все же никогда не прерывалась окончательно, а потому для этих областей изучение состояния вопроса в дореволюционном праве действительно выполняет функцию изучения развития института в российском праве.