Вторая часть романа исполнена технически на таком уровне, что от тоски хочется стонать. Сюжет там простой. Молодой человек, естественно, гей, вырос на островах, сбежал оттуда и стал эскортником богатого и успешного папика, в которого потом влюбился, но, по сути, остался эскортником. У молодого человека нет своей сути, в двадцать пять лет у него нет профессии, единственное окно в реальный мир - это подруга, у которой голова на месте и есть интересный строй мышления. Вполне себе героиня викторианского романа про зависимость от мужчин, только мужчина. И вот это беспомощное создание фигурирует на 50 страницах текста - с кем-то знакомится, куда-то ходит, кого-то утешает и с кем-то разговаривает, но в итоге от него в памяти не остается ничего, кроме странного факта, что в сознании его мелькают воспоминания о каком-то отце, каком-то дяде, какой то борьбе за независимость гаваитян, на все это ему, честно говоря, серьезно наплевать. Нам скармиливают человека без прошлого, и это бы еще полбеды. Потому что потом он оказывается еще и человеком без будущего, ибо в тот момент, когда какие-то хотя бы изменения в его сознании включаются, действие ставят на паузу (как в фильме "Опасные игры") и роман становится....эпистолярным. Из этой эпистолярности он уже никогда не вылезет, потому что она захватит половину второй и всю третью часть.