Здесь коротко о сути эпистолярного жанра. У него может быть много достоинств, кто спорит. Но есть и один главный недостаток. Точнее, недостатком он стал в наше время, когда некоторые авторы потеряли способность продумывать сюжет до конца. Я выше пойду и скажу вам, что вообще-то эпистолярным является любое повествование от "я". Классическое определение этого вида литературы как собрание писем, обязательных почему-то к прочтению, безусловно, устарело. Как только нарратор переходит на "я" совершенно очевидной становится одна вещь, которую почему-то многие не замечают дальше. Этот вид литературы лишает сюжет главной интриги. Нарратор, который говорит с вами на "я", - жив. У него есть возможность писать. У него есть возможность быть откровенным. У него есть возможность сообщать новости из своей биографии, никого не подставляя. И вот в нашем романе этот переход на эпистолярность закрывает сюжет заранее. Дело в том, что позже речь пойдет о неком тоталитарном государстве и попытке из него бежать. Но если пытающийся бежать подает эту попытку, как свои воспоминания, при этом называет имена, явки, города, секретные данные и особенности личной жизни, то ежу ведь понятно, что он сбежал! А автор пытается держать интригу. И заканчивается роман явно тем, что попутку прервали и главную героиню арестовали. То есть ее арестовали, расстреляли, но она успела записать свои воспоминания в формате книги, да еще и опубликовать их. Эпистолярный жанр - не для романа с действием. Он может быть и является только архивным событием, может только рассматривать точки зрения людей, судьбы которых вам заранее известны. И нельзя в нем совершить развязку сюжета. Не могут вас убивать в то время, как вы это записываете. Но мы слегка торопимся