Иллюстрация из книги чудес Марко Поло. С около 1410 до, примерно, 1412. Сцена с приобретением перца. Эксперименты на людях были не столь инвазивными, однако результаты оказались похожими. В ходе своего исследования Бенуа Шааль и его коллеги из Французского национального центра научных исследований сравнивали две группы женщин, проживающих в Эльзасе. Одной группе в последние десять дней беременности давали в неограниченных количествах анисовые леденцы, печенье и сироп. Другой группе не давали продуктов с анисом и попросили воздержаться от любой пищи с анисовым запахом (женщины, по-видимому, послушались). Затем исследователи проверили, различаются ли дети, родившиеся у двух групп женщин, по своему пристрастию к анетолу — соединению, придающему аромат анису. Младенцы, чьи матери не ели продуктов с анисом, обычно выражали на лице неудовольствие, когда к ним подносили слабый раствор анетола. Напротив, дети, чьи матери ели пищу с анисом, чаще поворачивали голову к источнику запаха анетола, высовывали язык и двигали им, как будто облизывая губы. В другом исследовании младенцы, чьи матери во время беременности ели чеснок, вытягивали губы для сосания при запахе чеснока. Похожие эффекты, подтверждающие, что плод в утробе способен различать запахи, недавно были продемонстрированы в отношении горошка, зеленой фасоли и сыров с плесенью, имеющих сернистый запах, таких как камамбер, мюнстер или эпуас. Восьмимесячные дети, чьи матери во время беременности ели горошек, зеленую фасоль и другие зеленые овощи, явно предпочитали аромат, ассоциирующийся с запахом зелени (2-изобутил-3-метоксипиразин). Младенцы того же возраста, матери которых при беременности ели сыры с плесенью, выказывали предпочтение запаху диметилсульфида (присутствующего как в этих сырах, так и в чесноке). У матерей, которые ели рыбу во время грудного вскармливания, детям чаще нравился запах рыбы или, по крайней мере, соединения, связанного с рыбным запахом, — триметиламина. Триметиламин найден и в амниотической жидкости, и в грудном молоке матерей, употреблявших в пищу рыбу. Подобные эффекты восприятия ароматов, связанные с амниотической жидкостью и материнским молоком, по-видимому, иногда (хотя и не всегда) сохраняются в более старшем возрасте. Природа учит животных, в том числе и человека, доверять своим матерям и ароматам того, что они ели. В небольших сообществах наших предков ароматы, связанные с пищей матери, обычно, за редкими исключениями, представляли собой запахи пищи всего сообщества. Конечный результат научения восприятия запахов, которое мы, млекопитающие, проходим до и вскоре после рождения, заключается в том, что мы способны накапливать знания о полезной и опасной пище от поколения к поколению даже без специального обучения. Ненадолго вернувшись к кулинарным традициям шимпанзе, отметим, что внутриутробного научения может быть вполне достаточно, чтобы помочь детенышам познакомиться с множеством съедобных видов растений, особенно растений с сильными ароматами. Это предположение, вероятно, верно и в отношении общего предка человека и шимпанзе, жившего более шести миллионов лет назад. То же самое можно сказать и о нас, современных людях, с одним дополнением. Наша способность говорить позволяет нам более сложным образом взаимодействовать с древней структурой предпочтений. Организм матери учит нас, что следует любить, а слова родителей напоминают нам об этом. К обоим этим влияниям добавляются действия и кулинарные традиции остального нашего сообщества, которые напоминают нам о том, что любит наш народ. Поэтому нашим предкам было нетрудно научиться любить специи и в то же время забыть, что когда-то дело обстояло иначе. Но когда и почему люди вообще начали использовать специи? И по какой причине им понадобилось научиться любить их? ЧАСТЬ 1 — ТЫК. ЧАСТЬ 3 — ТЫК. #Шифр_Книги #Шифр_Сельское_хозяйство #Шифр_Еда