1962 год В начале 60-х советский театр, как и кинематограф, стал всё больше отходить от пафоса в камерность (ближе к жизненным реалиям), что, собственно, было свойственно всему тогдашнему советскому искусству и литературе (вспомним, что на место «генеральской» прозы приходила «лейтенантская» или «окопная»). Например, много шума в театральном мире СССР произвела постановка «Старшей сестры» по пьесе А.Володина в Ленинградском Большом драматическом театре (БДТ). Это была именно КАМЕРНАЯ пьеса о жизни рядовой ленинградской семьи: двух сестер Рзаевых и их дяди. Эти роли исполняли: Татьяна Доронина (Надя), Елена Немченко (Лида) и Евгений Лебедев (дядя Митя). Премьера спектакля состоялась накануне Нового года (29 декабря 1961 года), а спустя несколько недель о спектакле уже активно стали писать во многих СМИ. Правда, некоторые критики в качестве упрека по её адресу писали, что «эта камерная пьеса отстает от героического времени». Действительно, когда вся страна восторгалась грандиозными космическими успехами Советского Союза, а СМИ были переполнены восторженными комментариями на слова Н. Хрущёва о скором построении в СССР коммунизма, этот спектакль показывал обыденную жизнь обычных советских людей. Кстати, эту же пьесу почти одновременно инсценировали и два московских театра – имени Вахтангова и «Современник», но лучшим всё же будет назван спектакль, поставленный Георгием Товстоноговым в БДТ. Как напишет в газете «Смена (31 января 1962 года) С. Владимиров: «В этом спектакле не только успешные поиски новых принципов сценического воплощения современности, но и творческая декларация театра…». Победа КАМЕРНОГО над ПАФОСНЫМ (уход от героики к мелочам жизни), которая начнёт себя проявлять именно в 60-е годы, сыграет свою роль в гибели советской системы. Но этот уход во многом был закономерным явлением в свете того, о чем уже говорилось ранее – на смену поколению ПАССИОНАРИЕВ приходило поколение ПСАРИЕВ, которые уже не хотели только МЕЧТАТЬ о радостях жизни – они хотели их ИМЕТЬ. Вполне себе естественное желание, если бы не одно «но» - на дворе бушевала «холодная война», которая требовала от людей такой же мобилизации, как и война горячая. Но вечно быть мобилизованными у советских людей не получилось.