Слушал песню группы "Ундервуд" "Собаки на заднем дворе". Накатило. Школьником я благоговел перед кинорежиссером Юлием Карасиком. "Дикая собака динго", "Человек, которого я люблю", "Чайка". Потом был еще и "Стакан воды". Все эти фильмы я смотрел на одном дыхании. Даже "Шестое июля" про эсеровский мятеж в 1918. Я мог, посмотрев в очередной раз фильм "Человек, которого я люблю", достать с полки журнал "Юность" с повестью Леонида Завальнюка "Дневник Родьки Муромцева — трудного человека", по которой и снял фильм Карасик. Для меня это стало маркером. Стало быть, подумал я, в "Юности" печатают хорошие вещи, раз Карасик здесь нашел историю Родьки. Прошли годы. В конце 1980-х я увидел новый фильм режиссёра "Без солнца" по горьковской пьесе "На дне", а следом - "Подданные революции", снятый по сценарию Карасика Сергеем Мартьяновым. Оба произвели на меня оглушительное впечатление. Последний монолог Сатина (Алексей Петренко( в современном костюме) - особенно. Я к тому времени уже видел культовый спектакль "На дне" театра "Современник". Мне показалось, что Карасик показал ночлежку не по Горькому, а по Андрею Платонову. Всех персонажей было бесконечно жаль, как всех платоновских. Я убедился в это, посмотрев "Подданных революции". В трактовке темы революционного героизма и самопожертвования, разработанной Карасиком, чувствовались как идеи Ницше, так и стилистическое влияние Платонова. Главный герой латыш Генрих сомневается в праве революции творить братоубийственное кровопролитие и погибает, поднимая дрогнувших солдат в атаку. В финальной сцене штурма высоты "Острая могила" - звучал мотив обречённости революционного порыва, все главные герои гибнут. И тогда мне вспомнился эпизод из фильма "Без солнца". Из подвальной полутьмы (именно что без солнца) Лука в изумительном исполнении Михаила Глузского поднимается по лестнице к выходу, за которым сияет солнечный свет. Получается, что путь утешителя Луки и выводил к солнцу... Хотя от произнесённой Лукой-Глузским фразы "Всяко бывало..." (о своём прошлом) аж мороз шел по коже. Казалось, что на экране был душегуб Данила из "Угрюм-реки". И как блистателен был Иннокентий Смоктуновский. Кто еще мог так виртуозно сыграть Барона?! Яркая и жалкая Настя незабываема, как и исполнительница роли Вера Глаголева. Жизнь без солнца. Когда привычка давно стала неисправимым пороком. Куда современнее. Все это и вспомнилось после песни "Собаки на заднем дворе". Дело в том, что песня родилась благодаря, рассказу Платонова "Город Глупов": "Градов ещё не спал, потому что шёл восьмой час вечера. Злились от скуки собаки на каждом дворе". Песня получилась не про чиновника - про расставание. Он и она расстаются, покидая гостиничный номер, в котором все было непостоянным и ненастоящим. Гостиница – не дом, постель – не брачное ложе, а завтрак — не приготовленный, а заказанный. Настоящим было только чувство, которое прошло. Карасик снимал кино про настоящее с болью от потерь. Человек перестает быть человеком, расставаясь с настоящим. Любящий муж и отец превращается в прореху человечества, доктор Старцев в жирного Ионыча...