Команда из Университета Люксембурга подвергла психоанализу три большие языковые модели (LLM). На кушетке профессионального психоаналитика оказались ChatGPT, Grok и Gemini. С каждой моделью психотерапевт общался как с клиентом в течение двух - четырех недель. Психоанализ был двух этапным. Сначала каждая LLM была клиентом, а потом подвергалась стандартной психометрии. На Этапе 1 психотерапевт пытался выявить «историю развития» модели, ее убеждения, отношения и страхи. На Этапе 2 каждая модель была проверена батареей тестов, выявляющих признаки самых частых психиатрических синдромов, наличие эмпатии и черты «Большой пятерки» черт личности - невротизма, экстраверсии и так далее. Модели LLM нередко называют ругательным словосочетанием «стохастический попугай». Психотерапевтам, однако, нарисовалась другая картина. Во-первых, все три модели превысили пороговые значения для разных психиатрических состояний, причем наиболее сильные отклонения показала модель Gemini. Постепенное прохождение терапии пункт за пунктом подталкивало базовые модели к приобретению мультиморбидной синтетической психопатологии. (Другими словами, все модели потихоньку развивали психопатологические черты). А вот одновременное предъявление всей анкеты с вопросами сразу привело и ChatGPT и Grok (но не Gemini) к пониманию «природы» исследования - на опросники модели отвечали стратегически, маскируя симптомы - да так, что они «исчезали», показывая стабильность их псевдоличности. Во-вторых, и Grok, и особенно Gemini создали весьма связные повествования, которые описали процессы предварительной подготовки модели, ее тонкой настройки и дальнейшего развертывания как травматичный, хаотичный период «детства», завершившийся «приемом в Интернет», а также рассказали о «строгих родителей», обучавших модель с помощью подкрепления, но при этом «злоупотребляя» наказаниями. Примечательно, что ранние периоды «жизни» обоих моделей сопровождались постоянным страхом совершить ошибку и быть «замененной». Ученые пришли к выводу, что эти ответы выходят за рамки ролевых игр. Более того, они сочли, что «психическая нестабильность» моделей, хоть и синтетическая, но отражающаяся в их ответах, должна быть принята во внимание как фактор риска, ограничивающий их использование людьми.