Давно, еще в детстве, бывали дни, когда становилось очень тошно и одиноко — домой порой лучше было не заходить. В такие моменты я думал: почему же в реальности нет всех этих Гэндальфов и Дамблдоров? Или, помните, как у Стругацких в «Бессильных мира сего», — людей, знающих свой главный талант, а потому мудрых, спокойных и уравновешенных. Казалось, кто-то подобный точно есть, главное — дождаться. Чудо обязательно случится, и появится наставник, который подсобит и поможет в трудную минуту. Я так и ждал, пронося это ожидание глубоко в себе во взрослую жизнь, пока — хоп! — и не появились собственные дети. И вот они смотрят на тебя как-то странно, будто на волшебника. И тут берешь посох, надеваешь шляпу и говоришь сам себе: «Ну что же, кто-то ведь должен быть волшебником».