«Святая Церковь украшает нынешнюю седмицу Великого Поста славным именем великого подвижника и учителя Церкви преподобного Иоанна Лествичника… Для начинающих жить во Христе, хорошо, говорит преподобный, тройное и трехстолпное основание… незлобия, поста и целомудрия, и, прежде всего, и раньше всего — НЕЗЛОБИЯ… Злоба сердца есть главное и решительное препятствие к христианскому деланию. Зло, воцарившееся в сердце, препятствует всему духовному. Так, имея зло в сердце, нельзя молиться, так как молитва тогда становится ненужною, бесполезною, бессмысленною… Зло, укрепившееся в сердце, не изгнанное оттуда, есть неодолимое препятствие к получению прощения грехов. Если не отпускаете ближним согрешения их, то и Отец ваш Небесный не отпустит вам согрешений ваших, — говорит Христос (Мф 6, 15). Да, вообще, злоба, гнездящаяся в сердце, есть самое большое препятствие Духу Святому вселиться в такое сердце… А без озарения Духом Святым, Который сообщает верующему и принявшему Его Самого Христа, — невозможно никакое христианское делание по неложному слову Спасителя: Без Мене не можете творити нечecoжe (Ин 15, 5). Если Дух Святый, — поучает нас преподобный Иоанн, — есть [по действию Его на нас] мир душевный, а гнев — есть смятение сердца, то ничто не полагает такой преграды пребыванию в нас Духа Святаго, как, раздражительность… „Начало негневливости, — говорит он, — молчание уст при смятении сердца, средина — молчание помыслов при кратком смятении души, а конец — незыблемая тишина при дыхании нечистых ветров“… Первым шагом… должно быть „МОЛЧАНИЕ УСТ при смятении сердца“. Когда нас сильно оскорбили, или мы раскрыли какое-либо предательство по отношению к себе, или узнали о гнусной клевете, позорящей нашу честь, и загораемся ответным гневом, мы прежде всего и исключительно должны обратить свое внимание на язык, заставив его молчать. Пусть ум ухищряется в придумывании способов мщения, пусть сердце возжигается пламенем гнева, — предоставьте их самим себе, не обращайте внимания, а всю волю свою соберите на мысли об языке, заставьте его, заставьте во что бы то ни стало, — молчать, не проронить ни единого слова. Усилием воли принудьте его так сделать… Когда, таким образом, через постоянное упорное упражнение мы приучим свой язык молчать при всяком смятении души, перенесем свое внимание на ум, и научимся „МОЛЧАНИЮ ПОМЫСЛОВ при смятении души“. Теперь уже к мыслям, к уму мы предъявим те же требования, какие раньше предъявляли к языку. Будем пытаться заставить ум — молчать, то есть, не придумывать способов мщения, вообще не работать в направлении осуществления нами тех гневных чувств и стремлений, какие господствуют в данный момент в душе. Это значительно сложнее. Заставить язык молчать — менее трудное дело, чем сковать узами воли — мысли!.. Мы должны усилием воли направить ум по другому руслу, вызывая в уме такие мысли, которые сначала разложат мысли гневные, а потом дадут уму другое, противоположное направление… Например, что гнев всегда несправедлив, что мы сами очень плохи, сами нередко даем повод к оскорблению [нас] что все люди, не исключая и нас, со слабостями, несовершенствами, что Христов призыв к книжникам и фарисеям: Кто из вас без греха, брось в нее первый камень (см. Ин 8, 7) и к нам обращен; что все люди имеют образ Божий, что все люди — жалкие пленники диавола, и так далее, и так далее… Этими двумя упражнениями мы приготовим почву для овладения третьей ступенью в обладании незлобием, которую преподобный Иоанн называет НЕЗЫБЛЕМОЙ ТИШИНОЙ, которая является следствием работы над сердцем… Когда мы укрощали язык и завоевывали молчание уст, то это влияло на сердце, оно менее горело местью. Когда мы вызывали мысли, противоположные мстительным, то они, эти последние мысли, как водой заливали гневный огонь сердца. Нам уж теперь немного требуется усилий, и незыблемая тишина сердца станет нашим достоянием. Так преподобный Иоанн [Лествичник] учит нас достигать незлобия… Последуем же советам преподобного Иоанна, и начнем работу над изгнание