В моем первом уголовном деле есть документ об отелях, в которых я останавливался в России в 2021 году. На тот случай, если вдруг я там до сих пор сижу, или по причине отсутствия других свежих идей, что еще собирать для этого дела. Последняя остановка в России - великолепный Петрозаводск, где моим друзьям полиция сорвала фестиваль о правах человека, так что после того, как мы провели его онлайн из закрытого помещения, возле которого дежурили сотрудники, все отправились есть лохикейто. В Карелии ярчайшая региональная идентичность, построенная вокруг северной природы, озер, карельского языка (исчезающего, но присутствующего в памяти, что важно - мир не заканчивается на русском) и близости к Финляндии. Я вообще жалею, что относительно мало ездил по России, потому что казалось, что страна будет со мной всегда, и я все успею. Во время ковида был план добраться до четырех крайних точек родины: Владивостока, Мурманска, Дербента и Калининграда, но получилось из этого списка охватить только восток и юг. В Дербенте напротив улицы Тахо-Годи я ходил по побережью Каспийского моря, встречая свое сорокалетие, и произносил птицам речь о том, что это акме какое надо акме, и что я намерен всячески участвовать во всем, что может остановить происходящее: еще не было большой войны, но уже был госпереворот 2020 года. Одна из последних поездок была в Новосибирск, где я проводил лекцию о социальных сетях и демократии (постправда, новый трайбализм и другие модные тогда темы). Снег в Новосибирске был покрыт родной черной пылью, напоминающей о химических заводах славного Кемерово ("Мой город пиздопропащенск, десять томов Стейнбека не спасут тебя от пиздюдей на морозе"). Всюду были рекламные объявления на китайском языке, а за время моего отсутствия в родном регионе там успели изобрести туристическую "сибирскую кухню", состоящую из дичи, строганины и папоротника. Мимо дома Янки Дягилевой тянулись троллейбусы, не изменившиеся с 1995 года. На лекцию пришел радикально настроенный старичок-сталинист, который смотрел на меня красными глазами и показывал кулак. Он призывал наказать либералов, разрущающих нашу страну, и приговаривал, что Берии на таких залетных лекторов нет. Мы тепло пообщались с ним после окончания лекции. Я рассказал ему, что кемеровский, и он прослезился: "Парень-то наш в Москве выучился". Потом он опять грозил Берией, а после спрашивал, где теперь живут мои родные и как у них дела. Поэтому я очень хорошо понимаю, что чувствует сегодня город Карабаш, прославленный в веках, где я никогда не был.