дорога. часть 9/9 [1/2] Я вернулся в Берлин на две недели пораньше, слил остаток своих сбережений на комнату в огромной Альтбау на Грайфсвальдер Штрассе, пока моя хата занята. Снова хочу разговаривать на немецком, но мои соседи по хате всегда переходят на инглиш. Сплю на большой антресоли, будто снова на втором ярусе в камере хостела. Поначалу было прикольно, потом надоело, особенно когда ночью хочется в туалет. В ванной пахнет противным и едким, доселе мне неизвестным запахом. Это подруга главного из жильцов заехала к нам из Камбоджи в срочном порядке, оставшись спать на диване в гостиной. Она привезла что-то типа аромы, пахнет настолько ужасно, что каждый раз, моясь в душе, задерживаешь дыхание, дабы поменьше вдыхать эту гадость. Начал курить самокрутки и меньше есть. Хожу за продуктами в Пенни без всяких изысков. Поначалу было тревожно. Казалось, меня арестуют в аэропорту, и я проведу много лет в одиночной камере по случаю покушения на убийство и попытке сбежать от лап европейского правосудия – но ничего не было. Быть может, я под спидами преувеличил увечья Ганса, и дело закончилось фонтанчиком крови из носа. Быть может, полиция даже не зарегистрировала этот случай, даже имея при себе копию моего паспорта, что отксерили в хостеле. Быть может, коммуникация внутри ЕС работает плохо, и теоретически можно скрываться в любой стране. Жила ведь как-то та террористка из RAF в людном Кройцберге аж тридцать лет. Быть может, за мной ещё просто не выехали, и я живу в кафкианском пространстве, где таймер сменил циферблат. Верю, что Боженька сжалился надо мной, дав второй шанс. Дал себе слово молиться перед приёмами пищи и ходить в церковь, благо они тут безумно красивые. В Берлин уже пришло лето, и город заиграл светлыми красками, словно не было здесь ноября длиной в полгода. Каждый день езжу на Tempelhofer Feld, гуляю там до тех пор, пока не сведёт икры. Вдали по рельсам ездят эсбаны, издалека они такие мелкие, будто игрушка в наборе Lego, и все мы на этом поле выглядим крохотными фигурками, кто-то смотрит сверху на нас, примерно как мы на муравьёв. Я вижу радость в глазах этих людей, хоть и сам её пока ещё не могу испытать. Чувствую сердцем неспешность Берлина в противоречии с его масштабами и хотелками толстосумов-инвесторов, будь они прокляты, палачи Тахелеса. Кто бы что ни говорил, Берлин никогда не будет столицей мира, потому что Берлин - это провинция мира, und das ist auch gut so.