Друзья, прибежала к Вам с вопросом — часто видела подобное у художников, а вот у писателей нет. С чем у вас ассоциируется мой стиль, что цепляет в слоге? Было бы очень интересно почитать. И в дополнении, чтобы помнить что я вообще за фрукт такой, хитренько прикрепляю Вам черновик, связанный с Диэс.. Смех в ответ — сухой, как шелест страниц молитвенника. По коже его пробегают мурашки, сливаясь в узор — каллиграфию покаяний. В висках пульсирует, в такт напольным часам: не пей, не смотри в осадок. Но веки уже тяжелеют, притягивая взор к темной гуще на дне. Там, среди кружева чайных листьев, проступает силуэт — изломанный, согнутый, разбитый. Он морщится, но длань уже сама тянется ко рту, преподнося чашу, заставляя отпить снова.