Утром в детском саду ко мне вдруг подошел Саша. Я сидел, никого не трогал, ждал, пока Даша поможет раздеться Андреичу. И тут, значит, подходит ко мне Саша. И говорит с невиданной страстью: -- А вы знаете, сколько я вчера на шахматах фигур у вашего Андрюши съел?!! -- Ну и сколько? - с некторым вызовом спрашиваю я. --Сто!!! - победно кричит Саша. Ага, вот кто так кровожадно орал наверху вчера: "Я его есть буду!...Е-е-есть!" И Саша начинает с некоторой надменностью разворачиваться и уходить (е-е-есть творожую запеканку "Мамина сказка", если не ошибаюсь). И главное, Андреич рядом стоит и не верит своим ушам. И я понимаю, что если я сейчас не вступлюсь за Андреича, мир никогда не будет прежним. -- Стоп-стоп! - говорю я. -- А ведь Андрей вчера выиграл. Даже тренер это сказал! А у кого это он выиграл?... Не у тебя ли?... Я вижу, как Саша бледнеет, и мне сразу становится жалко его, да только ничего уже не сделать. Что ж, я заступился за сына, а как вы хотели... Но выясняется, что история не закончена, поскольку это история, которая никогда не заканчивается, ибо просто не может закончиться. Вечером Даша рассказывает, что Андрей днем, по его словам, играл с Сашей. Они на улице строили, как сказал Андреич, оборонительное сооружение (да, он продолжает поражать новыми словами), то есть, надо полагать, крепость. И Даша спросила, была ли с ними Света. -- Нет, - горько покачал головой Андреич, - Светы не было. -- Но почему? - допытывалась Даша. Они ведь на самом-то деле много времени проводят вместе. -- Вместе было бы веселее, - признал Андреич. А вот Саша не признал. Он сказал им, что крепость строят только мальчики. -- Света расстроилась? - спросила Даша, которая, видимо, представила себя на месте Светы, и расстроилась. -- Очень, - сказал Андреич. -- Плакала? -- спросила неумолимая Даша. -- Нет, - отвечал Андреич. -- Просто перестала улыбаться. Тут мимо шла Света. Андреич остановил ее и обнял. И они даже долго стояли так, обнявшись. Ничего себе картина. -- Знаешь, почему я ее обнимал? - спросил Андреич. - Потому что я ее люблю. И она меня любит. Мы любим друг друга. Это был новый поворот. -- А хочешь, сказал Андреич, - я тебе скажу, почему я подарил ей верблюдика из Абу-Даби? -- Если можно, - сказала Даша. -- Потому что я ее люблю, - напомнил Андреич. Да нет, ну, по-товарищески. А так-то Миру никто, конечно, не отменял. Ведь чтобы обнять Миру, Андреичу и повода никакого не нужно.