Минздрав во второй раз отказался внести лекарство от рака груди в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов Трастузумаб дерукстекан применяется в терапии для метастатического HER2-положительного рака молочной железы — агрессивного заболевания, которое диагностируется у 15-20% пациенток по всему миру. За неделю до этого общественно-некоммерческие организации направляли обращение замминистру здравоохранения РФ. Авторками письма стали женщины, которые столкнулись с необходимостью терапии данным препаратом, получить доступ к которому среднестатистическому россиянину невозможно. Одна доза препарата стоит ~700-800 тыс. рублей, а годовой курс терапии — порядка 11 миллионов рублей. Препарат был разработан компанией AstraZeneca, был зарегистрирован в России в 2022 году, поставляется на российский рынок с 2023 года, но до сих пор не входит в перечень ЖНВЛП. В 2025 году российская система здравоохранения получила 21,6 тыс. упаковок этого лекарства. 70-80 % препарата пациентки получают в профильных больницах за счет собственных средств медицинских учреждений, региональных бюджетов и благотворительных организаций, остальная часть закупается за счет личных средств пациенток. Включение препарата в список ЖНВЛП минимизирует риски дефицитов лекарства на местах. Трастузумаб дерукстекан может помочь колоссально снизить женскую смертность от рака, т.к. такая терапия помогает перешагнуть пятилетний барьер выживаемости и переводить течение болезни в хронический вариант при очень высоком качестве жизни и сохранением полной работоспособности. Даже если в России когда-нибудь будет разработан препарат от РМЖ, тысячи женщин просто не доживут до этого момента. В первую очередь данный препарат важен пациенткам с метастатическим процессом: он помогает сдерживать распространение метастазов по всему телу. Рак молочной железы — наиболее распространённый тип рака вообще и одна из ведущих причин смертности среди женщин с онкологическими заболеваниями во всем мире. В Европе каждый год РМЖ диагностируется у более чем 530 тыс. пациенток. Этой осенью после продолжительной и изнурительной борьбы с болезнью от рака груди умерла моя тетя. У нее осталось двое маленьких детей, которых она воспитывала одна. Моя одногруппница, работающая в патанатомической лаборатории, регулярно видит отрезанные молочные железы в контейнерах с формалином. Мать моего друга с помощью химиотерапии победила РМЖ и прошла через мастэктомию. Но мы понимаем, какие приоритеты у нашего государства. Женские жизни, конечно, важны, но сейчас не до таких мелочей.