Поиски Эльдорадо: церемония «Золотого индейца» Ранее мы уже касались экспедиции Педро де Урсуа в поисках Эльдорадо. Дальнейшие поиски «золотого царства», предпринятые во второй половине XVI века и продолжавшиеся вплоть до XVIII столетия, выходят за хронологические рамки нашего канала. В качестве финального акцента целесообразно сосредоточиться на ритуале цивилизации чибча — известном как церемония «Золотого индейца». Этот обряд, проводившийся на священном озере Гуатавита, послужил, вероятно, первоисточником легенды о золотом городе, вдохновившей конкистадоров на многолетние и часто трагические поиски. Озеро Гуатавита, расположенное на высоте около 3000 метров над уровнем моря в Андах, с древних времен являлось сакральным центром чибча. В их пантеоне оно ассоциировалось с божеством, проявлявшимся в облике дракона или змеи — символа плодородия и водной стихии. Согласно хроникам, в водах озера произошла трагедия, легшая в основу мифологии: жена вождя была обвинена в супружеской неверности и, спасаясь гнева мужа, бросилась в озеро вместе с сыном. Чибча верили, что они обрели убежище в подводном храме, полном сокровищ, — образ, эхом отозвавшийся в позднейших легендах о Эльдорадо. Это предание стимулировало установление ежегодного религиозного ритуала, обязательного для преемников власти. Церемония интронизации касика представляла собой сложный комплекс символических действий: новоизбранный правитель полностью обнажался, после чего его тело покрывалась липкой смолой, на которую наносилась тончайшая золотая пыль. Полностью «позолоченный» вождь — от макушки до стоп — отправлялся к центру озера с четырьмя другими касиками на специальном плоту из тростника, украшенном цветами, перьями и золотыми фигурками, на нем находились изумруды и разные золотые изделия — tunjos (небольшие антропоморфные статуэтки), символизирующих подношения божеству. Вокруг озера собиралось все племя: индейцы, увенчанные золотыми диадемами, зажигали огни, создавая иллюминацию. По прибытии на середину акватории «Золотой индеец» сбрасывал подношения в воду под звуки барабанов и крики. Смывание золота с тела вождя приводило к тому, что металлические частицы оседали на дне, формируя слой «драгоценного» ила. Обряд прекратился задолго до испанского прибытия, но слухи о нем, трансформировались в соблазнительный для европейцев миф о «золотом человеке» и скрытом царстве. Эта легенда не осталась в области фольклора: она спровоцировала первые систематические попытки осушения сакральных лагун чибча. Первые попытки были предприняты еще в 1540-х годах Эрнаном Пересом де Кесадой, братом знаменитого Гонсало. Используя примитивные дамбы и канавы, удалось частично спустить воду и извлечь сокровища, эквивалентные 3–4 тысячам золотых песо — скромный улов по меркам ожиданий. В 1652 году купец из Боготы Антонио де Сепульведа, получив концессию от Филиппа IV, прорыл туннель в одном из окружающих холмов, но его усилия увенчались лишь находкой крупного изумруда. Кульминацией стала операция английской компании Contractors Ltd. в начале XX века: полное осушение выявило на дне трехметровый слой ила, в котором обнаружили статуэтки, изумруды и керамические реликвии. Аналогичные поиски затронули и Лагуны Сьеча — группу из трех озер в том же регионе, также святое место для чибча. В 1856 году братья Хоакин и Бернардино Товар, понизили уровень воды на три метра, обнаружив изумруды, золотые пластины и знаменитый «Плот муиска» — миниатюрную модель ритуального плота из золото-медного сплава, похожую на ту, которая была найдена в 1969 году. В 1870 году новая попытка, предпринятая англичанином Кроутером и Энрике Урданетой, включала бурение 187-метрового туннеля в песчаниковой скале. Трагедия оборвала работы: когда до завершения оставалось всего три метра, ядовитые пары ила, смешанные с парами пороха, привели к удушью троих рабочих. Новая Испания