Хиддекель, или откуда мы произрастаем. Или как тихо умирает человек. Ровесник Неба и Земли, прожив с лишним девять сотен лет, закрывает глаза. Мой милый Всеотец, ты дал имена вальсу и чечётке, всем реликтовым деревьям, всем мелочам в моём кармане. Где пропадал ты, когда сонными глазами Господь недосчитался твоих сыновей? Ведь ты, кажется, был первым, кому пришлось сказать: неправильно старикам хоронить сына. Сказать, не обижайся на папу, он тоже живёт свою первую жизнь. Что сыновья и внуки нашлись подарить тебе на день рождения? Первые в браке, это вы с Евой стали называть свою свадьбу рубиновой и алмазной, может потому что никто из ваших потомков не задержался в любви. Это правда, что ваши шалость и риск ещё больше укрепили ваш союз? Может, тогда вы и влюбились по-настоящему, когда устыдились своей наготы. Испугались и улыбнулись друг другу; теперь у нас есть секрет, один на двоих. У порога Тигра, неподалеку от Эдема, на девятьсот тридцатом году жизни, ты прилёг у корней смоковницы и сказал херувиму с пламенным мечом, ты сказал, кажется, что-то такое: – А помнишь, как ты меня гонял? – ... – Ну да, работа такая... И как можно было столько прожить, знать все имена, а значит и будущее, знать каждого приходящего в эту жизнь, и быть первым младенцем, всегда заново всё открывать. Удивляться сыновьям, ведь они познали то, о чем тебе было известно лишь понаслышке: Злой Рок, Смерть, Убийство, Недовольство, Несчастье, Досаду Но прежде чем вернуться в прах, он повторяет слова своих мудрых потомков, он говорит, кажется, Адам говорит: УБЕЙТЕ МЕНЯ НАКОНЕЦ или: УБЕЙТЕ, ДАЙТЕ МНЕ ТИШИНУ или просто: Господь пастырь мой, я ни в чём не буду нуждаться