Как будто сверло вворачивается в полость, оставшуюся после удаления одного из моих зубиков. Одного бойца спасти не удалось. Каждую секунду я чувствую боль. Если честно, мне кажется, что когда такое происходит, это один большой спектакль. О, как нам, людям нравится страдать, плакать, привлекать этим внимание. Хорошо, что ещё в моей семье всем просто всё равно. Как будто даже не замечают того, что у меня лицо припухло и перекосило. Ну мама ещё интересуется. Боль, как пила, она режет, рассекает, заставляет быть здесь и сейчас. Я как мертвый певец, с микрофоном на сцене, делаю вид, что пою. На самом деле, песня звучит вне меня. Я серого цвета, такой крутой, кепи на бочок. В зале никого нет, там пусто. Но я двигаюсь в такт мелодии, которую слышу. Слышите? Знакомый мотив, возможно, даже я сочинил. Хотелось бы, чтобы мне махали, но там по-прежнему никого. Этот зал не наполнится. Моя боль ни кому не интересна. У всех её полно своей. У кого-то физической, а кто-то умирает внутри, где материи нет. Почему я такой серый, где моя жизнь. Я фантом? А может быть моя боль это фантом? Я улыбаюсь. Вечность дала мне микрофон, значит кто-то будет петь. Что я спою из боли, только про боль. А вот, что я спою, когда отойду. Это как подготовка. Тест на устойчивость. Сначала всегда проверка, перед испытанием. Как не мог появиться сразу Иисус, Предтече подготовил. Именно его появление создало по сути репетицию явления Христа. А Саломея, что велела отрубить ему голову, открыла путь для Богородицы. Я знаю, что открывает мне моя боль. Ещё никогда я не была столь критичной. Зачем соглашаться на малое? Ведь, в зерне огромный букет. Да, у меня очень простая жизнь, но она настоящая. Я всё чувствую. И понимаю, что совсем скоро мне придётся петь, широко открыв рот и эта песнь заставит мир задрожать от моей невинности в присутствии сильных. Вчера мне задал вопрос близкий мне человек. — Тебе так нормально? С детьми, со всем этим? Мне хорошо. Я спокойна, потому что в моих мыслях я там, на сцене — то обезличенное, что собирается запеть всем знакомый мотив, но как он прозвучит, никто не знает и с кем. Нас будет двое, трое, четверо. Кто также, как и я готов умереть за истину. Благо, что сейчас это ПОКА не требуется. 🌱 Звук, что льется вне меня. Свет, что светит сквозь меня знает об отсутствии тех, кто готов это поглотить. 🌱Созданное затмевает создателя, если он намеревается быть искомым. 🌱Держащий в руках небо поглощает звёзды, а сумрачный освобождает их быть видимыми. Летите мои мысли, словно белые ангелы, спрятанные под потолком. И хотя бы один — останься. Знаю, ты смотришь на меня и я под защитой. Потому что в случае чего, стеклянный чердак раскроется и он влетит на меня, создавая движение своими огромными белыми крыльями. Проснись. Эти потоки неукротимого живого ветра заставят меня жадно глотать воздух, ведь я задыхаюсь от собственных обязательств — просто быть. И в доказательство этого — дьявол, что будет держать меня за голые ступни, лишь бы я не отдала наверх то, что называется личность. Белое перо кружится и падает мне прямо в руку, уберегая меня отвести глаза. Потому что, стоит мне взглянуть наверх, как я увижу сложенные крылья, что всегда ждут, когда я призову их пробудить меня. На фото наши хиппи дети, с прическами, как из 80-ых. We all leave in a yellow submarine 😁😁😁