Вильям Мальмсберийский (британский хронист XII в.) рассказывает очаровательную легенду об основании Константинополя; мне очень нравится, как св. Константин у него очевидно превращается в короля-рыцаря вроде Артура. «Константинополь первоначально назывался Византием; след этого прежнего имени сохраняется в названии императорских монет — безантов (bizantini). Святой Альдхельм в книге “О девстве” утверждает, что имя город сменил по воле Божией; вот эта история. Когда Константин ночевал в этом городе, во сне ему привиделось, что рядом с ним стоит старуха, лицо которой изборождено старческими морщинами; и вдруг она набросила себе на плечи плащ императора и обратилась в цветущую юную девицу, чья свежесть и красота так поразила Константина, что он не мог удержаться и не поцеловать ее. Тогда его мать Елена, присутствовавшая там же, сказала: “Она навеки будет твоей, и не умрет, покуда не настанет конец света”. Проснувшись, август стал постом и милостыней стал испрашивать у Небес толкования этого сна. И вот, спустя восемь дней он снова заснул, и ему приснилось, что он видит папу Сильвестра, который скончался незадолго до того. Папа светло и ласково улыбнулся своему ученику. “Ты, как обычно, — сказал он, — поступил разумно, прося Бога распутать эту загадку, недоступную человеческому разуму. Старуха, которую ты видел — этот город, обветшалый от времени, стены которого за давностью лет рассыпаются, грозят скорым падением и отчаянно нуждаются в том, кто их восстановит. Но ты восстановишь его стены и богатство, ты назовешь его своим именем, и здесь будет вечно царствовать императорский род. Однако не по своей воле ты заложишь его основания. Взойди на того скакуна, на котором ты, едва обратившись к почитанию Христа, некогда объезжал в Риме церкви Апостолов; отпусти поводья и предоставь ему идти, куда он пожелает; держи в руке свое царское копье, и его острие, волочась [по земле], очертит линию стен”. <…> Август повиновался чудесному видению и по закону основал город, равный Риму, заявив, что императору не подобает властвовать в Риме, где власть принадлежит апостолам, увенчанным самим Христом. Он построил в нем две церкви: одну называется церковью Ирины, другая — Святых Апостолов, и поместил в них мощи многих святых, дабы они обеспечили небесную защиту от вражеских нападений. Он установил в Цирке статуи триумфаторов, привезенные из Рима, и идолы (simulacra) богов для развлечения зрителей, а также дельфийские треножники — как диковины и для украшения своей столицы. Говорят, душа императора была особенно довольна тем, что он основывал город по велению Божию там, где плодородная почва и умеренность климата (caeli temperies) способствовали здоровью людей; ибо, будучи уроженцем Британии, он не выносил палящего солнца». William of Malmesbury. Gesta Regum Anglorum. Oxf., 1998. Vol. 1. P. 622-624