Про бабушку с дедушкой Мне было лет 13 или 14. Я приехала в гости к бабушке с дедушкой. Бабушка встретила меня в прихожей со скорбно-трагическим видом и тихо сказала: – Катька, иди сразу на кухню. Не давая мне пойти по коридору, ведущему в гостиную и кабинет деда, она повернула меня направо прямиком в кухню. «Дед, что ли, окончательно запретил ей курить, даже эти ее несчастные 3 сигареты в день?», пронеслось в моей голове, пока я садилась за стол и смотрела, как бабушка закрывает дверь и наливает мне чай. Бабушка села напротив меня, достала с подоконника пачку сигарет и смачно, как это получалось только у нее (вытянув вперед и верхнюю, и нижнюю губы, и картинно поднося ко рту и отводя обратно сигарету) затянулась. «Нет, не запретил, – догадалась я. – Иначе она бы не курила с таким вызовом». – Не вовремя ты, Катька, приехала, – горестно сообщила мне бабушка. «А, может, всплыла какая-нибудь дедова интрижка, которыми он грешил в молодости, – подумалось мне. – Да нее, вряд ли! Он уже сто раз все рассказал обо всех своих интрижках и реальных, и мнимых». – Да что случилось-то, ба? – не выдержав непривычной гнетущей обстановки, выпалила я. – Да дело в том, что сегодня… «Еб твою мать, дебил! Кривоногий идиот!» – вдруг загромыхал дедушкин голос, с легкостью преодолевающий две закрытые двери. «Куда ты, блядь, бьешь? – зычно продолжал дед. – Где твои глаза??? На жопе, что ли?». Не поддаваясь на бабушкины уговоры и еле сдерживая смех, я вышла из кухни, подошла к гостиной, тихонько приоткрыла дверь, и моему взгляду явилась такая картина: на кресле, придвинутом очень близко к телевизору, сидит мой дедушка, профессор, без пяти минут академик, один из самых интеллигентных и образованных людей на свете. Сидит, напряженно вцепившись в ручки кресла, вперив взгляд в телевизор, по которому идет футбол. Сидит, поминутно вскакивая со своего несчастного кресла и начиная орать благим матом. Понаблюдав за этим увлекательным зрелищем минут 5, я вернулась к бабушке и засобиралась домой. – У деда сейчас давление поднимется, полночи буду его выхаживать, – пожаловалась бабушка. – Ну это если проиграют, ба! Может, еще и выиграют… – Да все равно поднимется, Катюнь… В дверях бабушка поцеловала мою щеку своей усатой губой: – Приезжай завтра, Катюнь! Сможешь? – И, увидев мой кивок, сквозь зубы процедила: – Будь он неладен, "Спартак" этот ебаный…