Как только наши люди обозначили свою осведомленность о трагедии в охотничьих угодьях Виктора Парамонова, первоначальную версию событий изменили даже федеральные телеграм-каналы. Последние частенько грешат тем, что проглатывают любой эксклюзив, который им сливают с мест, не задумываясь, насколько картинка бьется даже с элементарной логикой. На этом и строился первоначальный расчет Парамонова и тех, кого он пытался ангажировать: скормить медиа бредовую версию о самоубийстве по неосторожности, а потом - после утраты к этой истории общественного интереса - тихонько обделать дела со следствием. Однако директор частной клиники и его прокурорские друзья действовали так топорно и нагло, что даже имевшиеся возможности для либеральной квалификации ЧП тут же растаяли. Им надо было остановиться на 109-й статье (убийство по неосторожности), а они стали требовать полной реабилитации парамоновского егеря. Чтобы купировать попытки процессуального террора со стороны надзора, местный СК был вынужден выступить с официальной информацией относительно произошедшего, а следом версию следствия стали тиражировать и федеральные медиа, первоначально купившиеся на приманку прокуроров. Тем временем, Виктор Парамонов, который всегда славился весьма беспокойным нравом, подключил к ситуации и облпрокурора Сергея Филипенко. Для этого «чудо-доктору» пришлось прибегнуть к банальному шантажу, угрожая показать кое-что посерьезнее кузькиной матери. Парамонов обещал, что если его вопрос не решат, то прокуроры получат второго Антона Скороходова, но который выдаст все, всех и сразу. А особенно того, кто заставлял его оплачивать размещение компромата в отношении матери спикера и других политиков и силовиков региона. Зная степень безумия Парамонова, Филипенко лично устремился искать варианты для сглаживания ситуации. Но все его телодвижения внимательно отслеживают наши люди, ожидающие момента, когда облпрокурор, уже грезящий о новом кресле, сделает последнюю ошибку в своей карьере.