Уругвай: почему нейтральные страны снова в цене В мире, где геополитические риски нарастают, всё больше людей и капитала ищут места за пределами зон потенциальных конфликтов. Кристиан Такуши — геополитический стратег из Швейцарии, который более десяти лет ведёт рейтинг геополитической безопасности стран мира. Его методология не измеряет уровень уличной преступности или качество жизни. Один ключевой вопрос: насколько вероятно, что страна окажется вовлечена в крупный вооружённый конфликт или пострадает от его последствий? По этому критерию с 2022 года на первом месте находился Уругвай. Логика выбора Такуши исходит из жёсткого базового сценария: в ближайшие 7–10 лет Северное полушарие ждут три-четыре крупных войны. Один из конфликтов с высокой вероятностью будет ядерным, второй — с вероятностью 40–60%. Ядерное заражение и массовый исход из Северного полушария он считает реалистичными сценариями, а не крайними. На этом фоне Южное полушарие в целом, и Уругвай в частности, приобретают принципиально иное значение. Почему именно Уругвай Уругвай — малое буферное государство между двумя гигантами: Бразилией и Аргентиной. Эта позиция исторически вынуждала страну выстраивать нейтралитет, а не искать покровителей. В обеих мировых войнах Уругвай сохранял нейтралитет, умело балансируя между интересами крупных держав. Параллель, которую проводит Такуши, неожиданная, но точная: Швейцария — буферное государство между германским и романским мирами, Уругвай — буферное государство между двумя крупнейшими экономиками Латинской Америки. Оба научились выживать за счёт нейтралитета, а не за счёт силы. Несколько структурных факторов выделяют Уругвай на фоне региона. Около 90% населения имеет европейское происхождение. В отличие от большинства латиноамериканских стран, где сохраняется глубокое социальное напряжение между европейскими иммигрантами и коренным населением, Уругвай располагает относительно однородным и сплочённым обществом. Геополитически страна ведёт себя как типичный представитель нового многополярного мира: добрые отношения с США, тесные связи с Великобританией, Китай как крупнейший торговый партнёр. Многовекторность без громких деклараций. Сингапур, Маврикий — и иранский фактор В 2025 году Уругвай опустился на третью строчку рейтинга. Первое место занял Сингапур, второе — Маврикий. Однако война с Ираном и закрытие Ормузского пролива меняют эту расстановку. Сингапур расположен у Малаккского пролива — одного из важнейших транспортных коридоров мирового судоходства. В условиях нарастающей геополитической фрагментации и роста стратегической конкуренции в Индо-Тихоокеанском регионе его позиция на пересечении ключевых морских маршрутов из потенциального преимущества превращается в уязвимость. Страна, расположенная у стратегического пролива, неизбежно оказывается в зоне притяжения конфликтов — именно потому, что через неё проходит то, за что воюют. Уругвай не контролирует ни одного стратегического пролива. У него нет соседей, с которыми он мог бы оказаться по разные стороны крупного конфликта. Именно это — в новой логике геополитических рисков — снова выдвигает его на первое место. Длинный горизонт Идея «безопасной страны» переживает переосмысление. Десятилетиями она ассоциировалась с политической стабильностью, низкой преступностью, качественными институтами. Сегодня к этому добавляется новый критерий: удалённость от зон потенциальных конфликтов и способность государства сохранять нейтралитет в условиях глобальной фрагментации. По этому критерию небольшие, нейтральные, многовекторные государства Южного полушария приобретают стратегическую ценность, которой у них не было со времён холодной войны. Уругвай не идеален. Это одна из самых дорогих стран Латинской Америки, с собственными экономическими и политическими проблемами. Но в рейтинге геополитической безопасности он, вероятнее всего, снова возглавит список. И это само по себе говорит о многом.