Мы выехали из города и некоторое время двигались через пыльное поле, на котором повсюду сжигали мусор и отходы. Из-за костров образовалась стена из вонючего дыма, которая символично отделяет лагерь прокаженных от остального мира. Местные предпочитают держаться подальше от этого места. Их дома сделаны из мусора и ржавых металлических стенок, которые едва ли защитят во время сезона дождей. Мы приехали, чтобы хоть немного понять их контекст и привезли небольшой набор гуманитарки. Эти люди были счастливы лотку яиц, как будто выиграли лотерею, а дети бегали вокруг нас как на праздничном мероприятии. В последнее время часто мыслями возвращаюсь в миссионерскую школу, где у меня были претензии в недостаточном количестве «методов и практических знаний». Мне хотелось узнать форматы успешных служений, стратегии, программы и прочие вещи, за которыми обычно и идут в миссионерские школы. А тут каждый учитель говорил о ценностях, характере, отношениях с Богом – и совсем немного методологии. Но сейчас, когда мы стараемся созидать миссионерские базы параллельно в Кении, Эфиопии и Индии – мой прежний максимализм кажется даже ироничным. Наши команды трудятся на Чукотке, в Узбекистане, Индонезии, в Москве и других местах. Специфика настолько разная, что действия в одной локации могут привести к противоположным результатам в другой. И такие темы как «отцовское сердце Бога», «внутреннее исцеление» и «командная работа» оказываются намного более применимыми, чем даже мною любимая миссиология. Если бы нам промыли мозги какими-то отстраненными от реальности идеями, как построить «правильную миссию» – мы бы точно не оказались здесь, среди прокаженных. Это же бессмысленно, тут не создать служение мечты (чтобы это не значило), да и в церковь в воскресенье они не пойдут, ведь им запрещено быть частью массовых мероприятий. Разве что создадим школу для детей из их среды, но как-то это не по пробужденчески звучит. Будь мы правильно наученными миссионерами, врядли бы наши команды проповедовали по тюрьмам Кении, вытаскивали из рабства детей в Индии, достигали беженцев в Эфиопии, проводили лекции для чукотских школьников и творили другие безумные истории. Смотрю на все это и думаю… Продолжу ка я быть не правильным миссионером.