👀 Защищают ли российские суды авторские права иностранных правообладателей? Часть 2 🤔 Даже в самый напряжённый период правовой неопределённости - с конца февраля по май 2022 года, когда судебная система впервые столкнулась с вопросом влияния «недружественного» происхождения правообладателя на защиту его прав, - практика не пошла по пути отказа от охраны интеллектуальной собственности. 🧐 За этот период было вынесено 32 судебных решения, в которых стороны прямо ссылались на иностранное происхождение оппонента как на основание для отказа в защите. 🙅‍♂️ Лишь в одном деле - № А84-453/2022 - суд первой инстанции пришёл к тем же выводам, что и Арбитражный суд Кировской области в деле «Свинки Пеппы», однако эта позиция не получила развития, поскольку не была подтверждена вышестоящими судами. Во всех остальных спорах ссылки на недружественную юрисдикцию были отклонены, а права иностранных правообладателей получили судебную защиту, что наглядно демонстрирует устойчивость судебной практики к попыткам подменить правовую оценку политическим контекстом. 🤷‍♂️ На этом фоне особенно контрастно выглядит практика Европейского союза, который в 2024 году ввёл запрет на приём заявок и регистрацию новых объектов интеллектуальной собственности российских правообладателей (п. 20 Решения Совета ЕС № 2024/1744). Формально речь идёт именно о регистрации, а не об отмене уже существующих прав, однако по своей сути такие ограничения лишают российских авторов и компании возможности получать правовую охрану новых брендов, технологий и разработок на территории ЕС. 🤨 Европейские ведомства при этом допускают использование таких объектов, но уже без полноценного механизма правовой защиты от третьих лиц, что создаёт благоприятную среду для патентного троллинга, недобросовестной конкуренции и утраты инвестиций, вложенных в разработку и продвижение брендов. 🔫 На сегодняшний день европейский подход фактически блокирует возникновение новой правовой охраны и выводит российских правообладателей за пределы полноценной системы защиты, превращая интеллектуальную собственность из универсальной юридической ценности в инструмент санкционного регулирования.