Сегодняшний день напомнил, что процессуальные механизмы всё-таки работают — если на них настойчиво указывать. В череде последних судебных процессов у меня сложилось ощущение, что суды часто изначально занимают позицию, близкую к позиции истца. Особенно где истцами выступают не частные лица, а государственные структуры, у меня сейчас много дел где истцы — в одном деле прокуратура, в другом администрация и Мосводоканал. В таких делах особенно важно не позволять процессу превращаться в формальность, когда позиция истца воспринимается как априори достоверная. Поэтому сегодня было особенно приятно выйти из Бутырского суда в хорошем настроении. Судья удовлетворила ходатайство об истребовании доказательств и обязала истца представить документы, на которые он ссылается в обоснование своих требований. Казалось бы — обычное процессуальное действие. Но на практике это принципиально важный момент: если сторона заявляет требования, она должна подтвердить их документально, а не ограничиваться ссылками на обстоятельства. Такие решения возвращают процесс в нормальные рамки состязательности. Когда суд требует доказательства — это означает, что аргументы действительно будут проверяться, а не приниматься на веру. Иногда именно такие небольшие процессуальные эпизоды дают больше уверенности, чем громкие заявления сторон.