Возвращаясь домой, я бесшумно закрываю дверь и на цыпочках иду в свою комнату, надеясь, что отец не заметит моего опоздания. — Ты опоздала, — раздаётся его строгий, как удар кнута, голос из гостиной. — Всего на пять секунд, — спешу оправдаться. — Иди сюда. Я сглатываю ком страха и отторжения, прохожу в гостиную и останавливаюсь перед отцом. Он с невозмутимым лицом раздвигает свои массивные бёдра, приглашая меня занять место между ними. Я не хочу снова это делать. Каждый раз стоит мне немного опоздать, приходится расплачиваться, стоя на коленях и делая минет отцу. Мама не смогла справиться с его абъюзом и сбежала, оставив меня с ним. — Не вынуждай меня применять силу. У меня нет иного выбора. Если откажусь, он посадит меня под домашний арест. Поэтому, опустившись на колени, я расстёгиваю ремень и молнию на его джинсах, достаю член и яйца. Затем начинаю поглаживать рукой его расслабленный член, чтобы он немного затвердел. Сколько бы я ни отсасывала отцу, каждый раз слёзы наворачиваются мне на глаза. У меня обида на него и маму за то, что она оставила меня с ним, и теперь я вынуждена заниматься грязными и отвратительными вещами. — Открой рот, — приказывает отец, не отрывая от меня своих бесчувственных глаз. Я сглатываю ком тошноты, приоткрываю губы и беру его в рот. — Глубже, — бормочет он, насильно надавливая на мою голову. Его член упирается в моё горло, вызывая приступ тошноты. Я пытаюсь отодвинуться, судорожно глотая воздух и сжимая бёдра отца, но его хватка слишком крепка. — Мне так нравится, как давишься моим членом, — цедит сквозь зубы, приподнимая меня за волосы и тут же опуская. По моим щекам текут слёзы, смешиваясь со слюной и соплями на подбородке. Челюсти ноют от того, что мне приходится держать рот широко открытым, а горло саднит от резких толчков. Когда я поднимаю на заплаканный взгляд, его непроницаемый встречается с моим. Такое чувство, будто он хочет скрыть свои настоящие эмоции, когда я отсасываю ему. Он хочет казаться равнодушным и грубым. Настоящим холодным абъюзером. Меня охватывает предательское чувство внизу живота. Тягучая, но приятная пустота внутри требует заполнения. Но этого не случится. Я не позволю своему взрослеющему телу взять верх. — О чём задумалась, шлюха? — рявкает отец, сжимая мои волосы и трахая мой рот. — Когда сосёшь мой член, думай, как заставить меня кончить. Или ты хочешь подольше сосать его? Так понравилось, да? Он с насмешливой ухмылкой откидывается на спинку дивана, двигая моей головой вверх-вниз. Я втягиваю щёки, чтобы сделать их впалыми и ускорить его оргазм. Отец начинает кряхтеть и пульсировать у меня во рту. Я крепко сжимаю рукой его влажные от моей слюны яйца. Его живот напрягается, тело один раз вздрагивает, и он прижимает меня к своему паху, изливаясь в рот. Горячая сперма брызжет через нос. Я не могу дышать, пытаюсь отстраниться и откашливаюсь. Отец обхватывает мою шею своими длинными, толстыми пальцами. — Открой рот, — требует он, и я подчиняюсь. Он проверяет, проглотила ли я его сперму, и, убедившись в этом, слегка похлопывает меня по щеке. — Умница. Иди в комнату. Я встаю с колен, вытирая рукавом рот. — Чуть не забыл сказать, — застёгивает ширинку. — С сегодняшнего дня ты под домашним арестом. Никаких больше прогулок. Только школа, дом и минет, когда я скажу.