«Вообще, традиции наших математических школ производят сильное впечатление на математиков с другим культурным багажом. Например, британский математик Дуза Макдафф, будучи аспиранткой, провела в Москве полгода на стажировке под руководством Гельфанда. Позже она вспоминала, что Израиль Моисеевич при первой встрече сказал ей, что его гораздо больше интересует тема диссертации ее мужа (тот изучал творчество Иннокентия Анненского), чем задача, которую решила Дуза.» Интересно, почему вообще все истории про Гельфанда сопровождаются примерами совершенно незамутненного хамства, но рассказчик неизменно пребывает в состоянии восторга в духе «а затем Израиль Моисеевич харкнул мне в рожу, все-таки он был совершено замечательный человек…». Психологический феномен, который нам предстоит осмыслить.