Я только что стала «той самой мамой» 😅 С кулёчком жареного арахиса между ногой и диванным подлокотником, чтобы никто не видел. С ореховыми конфетками в карманах домашнего халата. С потайным секретным сейфом на кухне: «за кастрюлей в пакетике, в пакетике — мешочек, в мешочке — яйцо, в яйце — шоколадное печенье». Быстрый огляд на детей — молниеносное «хрусь-хрум» — и этот невинный взгляд. — Мам, ты что! конфеты ешь? — подозрительно спрашиваем мы с братом. — Нет! — быстро отрицает мама. И между паузами в буквах «н» и «е» делает два лишних движения челюстями. — А что ты там жуёшь? — не отстаём мы. — Ничего! — стоит на своём мама, доедая «ничего» между слогами «че» и «го». «Опять сладости от нас прячет», — переглядываемся мы, понимая друг друга без слов. А это значит, что нужно всего лишь дождаться окончания сериала, под который мама пила чай «без ничего», и проследить за ней на кухню. Миссия выполнима. Потому что именно там, в уже очень давно не секретном сейфе, будет спрятан заветный кулёк «привет, диатезу». — Тук-тук, — стук в дверь кухни, вернувший меня в наши дни, где я стою, быстро прожёвывая шоколадное печенье. На манёвр было от силы секунды три: открыть, кинуть в рот, спрятать. — Э! — врывается на кухню Кристофер, вышибив дверь с ноги 24-го размера. — Э-э! — тут же тычет в меня маленьким пальчиком проницательный ребёнок и указывает взглядом на шкафчик, куда я только что за миллисекунду до взлома двери запустила пачку с печеньем. — Э-э-э! — маленькая ладошка тянется к моему лицу, чтобы принудительно открыть мне рот. Но, знаете, там, где он только учится, я уже преподаю (были хорошие учителя)— и мигом всё проглатываю. Не жуя. Как удав. Желудок уже сам там как-то бельгийским шоколадом насладиться😂 Да, материнство — это когда делишься всем… кроме последней пачки забугорного печенья в Китае Ну что вы уже тоже «те самые мамы» или всё лучшее детям?)