В прошлую пятницу я почти попала в XIX век. Ну, то есть, формально я сидела в знаменитой советской высотке, пила кофе и смотрела на Москву с 22-го этажа. А по факту — провалилась сквозь время. Я была на лекции о доходных домах дореволюционной России. А проходила она в Котельнической высотке — оттуда Москва как на ладони, и атмосфера сразу настраивает на разговор о жилье с историей. Да и лектор (спасибо ей огромное!) рассказывал такие вещи, что у меня, как у агента, периодически отвисала челюсть. Спойлер: квартирный вопрос тогда был ещё острее, чем сейчас. Екатерина рассказывала, что в Петербурге конца XIX века 94 % жилья сдавалось в аренду. Собственников — меньше процента. То есть все эти шикарные анфилады с лепниной и мраморными лестницами… снимали. А домовладельцы имели 8–15 % годовых и чувствовали себя богаче золотодобытчиков. «Выгоднее иметь дом на Фонтанке, чем золотой рудник» — это реальная цитата. А теперь внимание! «В однокомнатной или двухкомнатной квартире могло проживать до 25 человек». Двадцать. Пять. Человек. На 30–40 квадратах. Причём норма площади на человека — 1–2 квадратных метра. «Это меньше, чем площадь могилы на кладбище» шутит лектор. И это не фигура речи. Я сидела и думала: А мы-то воротим нос от студии 20 метров. Ирония в том, что роскошь соседствовала с жуткой теснотой. В одной квартире с 4-метровыми потолками и комнатами под 40 квадратов могли принимать гостей… а через стенку в 12-метровой «каморке» ютилось до 25 человек. Причём угол в комнате сдавали за сумму, на которую сегодня можно снять хостел на месяц. Отдельный восторг — правила аренды. В договорах писали: «не держать рояль или пианино без особого разрешения владельца». Кошек и собак запрещалось выпускать на парадную лестницу — ту самую, в мраморе и с коврами. А вот сдавать комнату незнакомцам можно было без спроса — субаренда была нормой. Представляете, какие цепочки из жильцов выстраивались? Екатерина рассказывает: «В договорах её (субаренду) никогда не прописывали, потому что это была повседневность. Сдавать комнату, угол или даже койку можно было без спроса. Более того — можно было сдать квартиру на лето, пока семья на даче, и никого не спрашивать». Как вам такой каршеринг жилья? Первые риелторы — да-да, они уже были! — издавали газеты со справками, составляли альбомы с планами квартир, даже цветные билетики-объявления придумали: розового цвета — аренда квартиры, зелёного — комнаты, белого — углы. И человек издалека понимал, куда ему идти. На лекции с живыми, эмоционально окрашенными подробностями мы обсудили барские планировки, длинные коридоры-анфилады, престижность наличия консьержа, лифта и телефона. И лестницы! Один дом — две вселенные. Парадная лестница — визитная карточка дома. Мрамор, ковры, освещение, швейцар. А чёрная… цитирую воспоминания Достоевского: «на всех поворотах нагромождена всякого железного хлама, так что чужой небывалый человек принуждён был по ней полчаса путешествовать, рискуя сломать себе ноги». И это ещё цветочки, потому что там же стояли горшки, мусор, воняло «горелым маслом, кожей и краской». Я вышла с лекции и поймала себя на мысли: мы сейчас боремся за хорошие виды и звукоизоляцию, а 150 лет назад люди просто мечтали, чтобы у них был свой тазик для ног (это, кстати, была базовая гигиена, даже у богатых) и чтобы их не выселили в Вяземскую лавру — трущобу, где на человека приходилось менее одного квадратного метра. Как представлю, что на 20 квадратах жили полтора десятка человек, а «угол у окна» сдавали за ползарплаты рабочего… ну, мы всё-таки живём в чуть более гуманное время. Ссылки на организатора, лектора и квартиру, которая достойна отдельного поста 👇