Вообще не планировал так растягивать историю, но уж очень она кинематографична. К механике ИИ перейдём уже скоро. В 2012 нейросети стали главным стратегическим активом планеты. Бигтехи поняли, что нужно скупать людей, которые строят будущее. Сразу после триумфа AlexNet, Хинтон выставил свой стартап (в котором не было ничего, кроме 200 КБ кода и трёх умов) на аукцион. В торгах сошлись Google, Microsoft, Baidu и... DeepMind (вылетели первыми, у них не было $, они предлагали долю в компании). Когда ставку подняли до $44 млн, Хинтон сам остановил аукцион, выбрав Google, хотя китайцы предлагали больше. AlexNet стала фундаментом для Google Photos и систем распознавания речи. Илья Суцкевер за 3 года в Google успел приложить руку к ключевым инструментам для ИИ-разработчиков, перевёл Google Translate на нейросети и активно помогал DeepMind (Google купит и её). Но в 2015 его «схантил» Маск с Альтманом. Они убедили его, что Google может стать монополистом в создании «цифрового бога», и миру нужен противовес. Глава ИИ в Google Джефф Дин лично пытался удержать Илью, предлагая в разы большую ЗП, но тот решил «спасать человечество», а не улучшать поиск. Так родилась OpenAI. После успеха DeepMind в 2013 в играх Atari, за крошечный лондонский стартап сцепились Цукерберг и Ларри Пейдж. Марк первым почуял революцию. Он был настолько впечатлён способностью DQN учиться «с нуля», что лично взялся за переговоры и даже приглашал Хассабиса на ужины к себе домой. Он хотел сделать DeepMind «мозговым центром» своей империи. Но Хассабис выставил условия, которые Facebook не смог переварить: • Этический комитет с правом вето на любые разработки, если они станут опасными или пойдут на нужды военных. • Никакой рекламы – ИИ не должен заставлять людей кликать по баннерам. Ларри Пейдж разделял страсть Хассабиса к «большим вопросам» мироздания, поэтому просто спросил: «Что вам нужно, чтобы построить интеллект?» – и согласился на всё. Включая пункт, что если DeepMind создаст AGI, то решения по нему будет принимать этическая комиссия, а не Google. К слову, у OpenAI договор с Microsoft вообще аннулируется, как только будет достигнут AGI. Технология перейдёт некоммерческому фонду «На благо человечества». В 2014 Google купил DeepMind за ~$500 млн. Самая дорогая покупка компании без выручки и продукта в истории. Но окупилась она быстро: В 2016 ИИ научили управлять охлаждением дата-центров, что снизило затраты на энергию на 40%. DeepMind под крылом Google не бросила игры. Они замахнулись на Го – древнюю игру, где позиций больше, чем атомов во Вселенной. Для понимания: в шахматах после трёх ходов – 9 млн позиций, в Го – 800 млрд. Даже если бы все компьютеры мира считали ход в Го методом Deep Blue, они бы не справились. В неё невозможно победить перебором. Нужно «видеть суть», как это делает человек. Считалось, что компьютер не победит человека в Го ещё десятилетия. В 2016 в Сеуле за матчем ИИ против легенды Ли Седоля следили 280 млн человек. Во второй партии ИИ сделал «Ход №37». Эксперты назвали его ошибкой, ведь так никто никогда не ходил. Но через 50 ходов оказалось, что именно этот «безумный» манёвр и принёс победу. AlphaGo выиграл серию 4–1, доказав, что обладает чем-то похожим на «интуицию». После этого DeepMind решили сыграть и в шахматы. Но не для того, чтобы победить человека – с 2006 это потеряло смысл. А чтобы доказать, что компьютер может играть не как «бухгалтер», а как «художник». Шахматные «калькуляторы» за 20 лет продвинулись так, что разрыв между Deep Blue и новым чемпионом Stockfish был как между первоклассником и мастером спорта. Он взял бы 100 партий из 100. Шахматист от DeepMind – AlphaZero – самообучился за (!) 4 ЧАСА. С НУЛЯ открыв все принципы, которые люди копили веками. Stockfish считал 70 млн позиций в секунду, AlphaZero всего 80 тысяч. Но он не тратил время на плохие ходы, а просто «чувствовал» выигрышные, играя дерзко, красиво, «по-человечески» – постоянно жертвуя фигуры ради атаки и пространства, как делали в