Детали заговора скрыты за дымкой утреннего тумана. Начало фильма с закадровым голосом, комментирующим совместные фотографии автора, то есть Руслана Зголича, с Александром Лукашенко, пронизаны конспирологическим азартом. На нас валится набор фактов и предположений о готовящейся беде, будто Лаврецкий переснял «Заговор Параллакс» или вместо «Улисса» экранизировал «Радугу Тяготения». Зголич знает что-то, но не раскрывает правды до конца, подкармливая нас бисером истины, то оговариваясь о мировой войне против Беларуси, то осуждая засилие ландшафта рекламными баннерами символов глобального Капитала, пока мы не можем оторваться, загипнотизированные этой мистерией. Шизофреники, как известно, это всего лишь субъекты отказавшиеся подчиниться заговору эдипизирующих структур, этой полиции единого Бога, подавляющей агентность конкурентов в вопросах описания мира. Именно поэтому Зголичу столь многое сходит с рук, ведь чем еще объяснить безнаказанность его звонков в КГБ с фейковыми сообщениями о взрывах и посещение министерств с целью поругать местных чинуш за плохую работу, кроме как тем, что он существует в параллельной реальности, орудуя в нашей через свой цифровой аватар? Однако, тогда как большинство шизофреников ведут эту борьбу в одиночестве, Руслан Зголич, вооружившись камерой, старается сделать свои открытия достоянием всей Беларуси, которая для него заключила в себе мир. Пожалуй, самые яркие моменты фильма происходят, когда его тревоги, зачастую кажущиеся «бредом», находят свое подтверждение в глазах окружающих: несвязный разговор с пропившимся панком неожиданно превращается в откровение о мракобесии совковой карательной психиатрии. Или когда троллинг работниц ПНД провоцирует их на искреннюю критику несовершенств системы труда. Заговор ширится, охватывает все сферы общества, но пантократоров сего плана мы так не увидим. «Они» остаются за высокими стенами замков, непрестанно штурмуемыми Русланом. «Улисс» - это политическое кино, продолжающее линию, начатую Никитой Лаврецким в его предыдущем полнометражном фильме «Свидание в Минске». В «Свидании» герои реагируют на события в Беларуси 2020 года, обсуждают желание покинуть страну, и хотя протесты уже подавлены, в пространстве между слов витает ощущение их соприсутствия. «Улисс», хотя он охватывает период с конца десятых по нынешний момент, скорее изображает страну «после оргии», являясь одновременно послесловием и жутким предзнаменованием. Руслан Зголич здесь выступает идеальным героем своего времени, вбирая в себя всю страну, и его шизофрения, впрочем как и политическая пансексуальность, становится жутковатой метафорой того способа выживать, к которому прибегают граждане раздвоенного мира. В одной из сцен фильма, происходящей как раз во время протестов, Руслан приходит на митинг, где его сперва узнает одна из участниц акции, подтрунивая над его фотографиями с действующим президентом. Он, будучи ярым фанатом Лукашенко, говорит ей, что разочарован в нем, и желает ей удачи в ее деятельности. Несколько минут спустя, Зголич обращается к другому участнику собрания, представляясь главой штаба Тихановской и главой штаба Лукашенко одновременно, после чего его обвиняют в попытке провокации и просят уйти. Эту странную амбивалентность можно было бы списать на бред величия или сознательный троллинг, если бы в ней так ясно не отражались странные компромиссы, на которые идут со своей совестью и разумом столь большое число граждан не только Беларуси, но и любой страны, в которой вынуждены сосуществовать встык, буквой V, две диаметрально расположенные реальности (и что такое внутренняя крипто-эмиграция, как не игра в шизофрению?) Тот заговор, который расследует автор невозможно раскрыть, потому что он сам, Руслан Зголич, становится таким большим, что из него одного можно образовать республику.